MM Synthesis | The Alchemists

[DizzY]

Опиоидный кризис в США убил сотни тысяч.

Но для некоторых он стал стартовым капиталом.

Пролог

Miner Mittcher

Долгая агония

Miner Mitcher основана в 1978 году в Роттердаме тремя братьями, Хенком, Яном и Питером ван дер Мейр. В Нидерландах бизнес не задался: месторождений угля в стране мало, экологические законы одни из самых жестких в Европе. В 1985 году братья продали активы и перебрались в США, выбрав Мичиган не случайно, а после консультаций с голландскими бизнесменами, уже работавшими в Штатах. Доброград, тогда еще Ривер Грайт, подходил идеально: старые выработки, заложенные еще при Герберте Ривере в 1840-х годах, дешевые лицензии из-за упадка штата и наличие безработных шахтеров, готовых работать за небольшие деньги. Шахта «Святой Патрик» открылась в 1987 году, имя святого братья выбрали для лучшей интеграции, сами они были голландскими кальвинистами, но в католической Америке решили не выделяться. Первая добыча составила 12 тысяч тонн угля, и с каждым годом объемы росли.

Пик «MM» пришелся на середину 1990-х годов. В 1995 году компания добывала 45 тысяч тонн угля, нанимала 120 человек и считалась одним из крупнейших работодателей Доброграда. Однако на фоне национальных гигантов вроде Consol Energy, чьи мощности измерялись миллионами тонн, «MM» оставалась карликом. Упадок начался в середине 2000-х годов по трем причинам: истощение доступных пластов, лучшие участки выработали еще при Ривере в XIX веке; ужесточение экологических норм при администрации Клинтона; и растущая конкуренция дешевого природного газа, который вытеснял уголь с энергетического рынка. К 2010 году добыча упала до 25 тысяч тонн, штат сократился до 80 человек, а компания начала работать в убыток.

К 2015 году из трех братьев основателей в живых оставался только Питер ван дер Мейр. Он перенес инсульт в конце 2014 года, потерял речь и подвижность, оказавшись прикованным к инвалидному креслу в доме престарелых. Завещание, составленное за год до инсульта, передавало управление компанией дальнему родственнику, Даниэлу Митчеллу, 32-летнему экономисту из Бостона, который никогда не был профессиональным шахтером и чей опыт работы, в основном, состоял в мелкой инвестиционной фирме в Лондоне. Другие родственники отказались от наследства, не желая связываться с умирающим бизнесом в американской глуши. Митчелл согласился. Говорят, сказалась голландская упертость, но сам он это не комментирует.

Нужный человек в нужном месте

Митчелл принял компанию в ужасающем состоянии. Выручка составляла 4,2 миллиона долларов при чистом убытке в 300 тысяч. Долги перед банками и поставщиками тянули на 2,1 миллиона. Штат насчитывал 65 человек со средним возрастом 52 года, и каждый год несколько опытных горняков уезжали на север, в Северную Дакоту на нефтяные месторождения, где платили в три раза больше. Оборудование шахты «Святой Патрик» не обновлялось с 2006 года, вентиляция работала с перебоями, конвейерные ленты были в заплатках, а подъемная машина гремела так, что старые шахтеры крестились перед спуском.

Митчелл пытался играть по правилам. В 2018 году он взял кредит в региональном банке Питтсбурга на 1,5 миллиона долларов под 12 процентов годовых, направив средства на частичную замену оборудования и погашение текущих долгов. В 2019 году он нашел брокера в Лос-Анджелесе, который обещал выход на китайский рынок, но сделка сорвалась из-за торговой войны, пошлины на американский уголь подскочили до 25 процентов и сделали «MM» неконкурентоспособной. В 2020 году ударила эпидемия гриппа, спрос на уголь рухнул на 40 процентов, потому что заводы встали, и Митчелл сократил штат до 48 человек, сам не получая зарплату полгода. В 2021 году он решил диверсифицироваться, арендовал дробильное оборудование и начал производить щебень для дорожных строителей, маржинальность была смехотворной, 5-7 процентов, но это хотя бы давало живой поток денег.

К 2022 году «MM» вышла в ноль впервые за пять лет. Выручка составила 5,1 миллиона долларов, чистая прибыль, 80 тысяч долларов. Для Доброграда это успех, многие местные бизнесмены сочли бы такой результат победой. Но по информации от бывших сотрудников, Митчелл считал иначе. Он сидел в своем трейлере, смотрел на цифры в Excel и понимал: это потолок. Потолок, который он не может пробить честными методами. Митчелл, как человек амбициозный, с голландской упертостью, не собирался довольствоваться ролью смотрителя при умирающем бизнесе. Он поставил себе ультиматум: если за два квартала 2023 года он не покажет сверхприбыль, не менее полумиллиона чистыми, он закрывает филиал и возвращается в Бостон с позором.

Внезапный поворот

Финансовая отчетность Miner Mitcher за 2023 год, с которой удалось ознакомиться редакции, показывает аномалию, которую невозможно объяснить обычными рыночными факторами. При том же штате сотрудников и без серьезных инвестиций в оборудование, выручка компании выросла до 7,8 миллиона долларов, а чистая прибыль составила около 900 тысяч. Это почти в три раза выше показателей предыдущего года, и такой скачок не мог быть результатом рядовых контрактов на поставку щебня или сезонного роста цен на уголь.

Официальное объяснение, предоставленное компанией, гласит: удачные контракты на поставку щебня для дорожных работ и общее повышение цен на энергетический уголь на мировом рынке. Но источники ProPublica в дорожной отрасли Мичигана утверждают, что контракты были рядовыми и не могли обеспечить трехкратный скачок прибыли. Более того, несколько строительных компаний, названных в отчетности «MM» как крупные покупатели, заявили, что объемы закупок щебня у «MM» никогда не превышали 100 тысяч долларов в год.

Бывший бухгалтер «MM», уволенный в 2024 году и попросивший об анонимности из страха за свою безопасность, рассказал репортерам ProPublica: «Я не могу сказать ничего конкретного, потому что не видел документов. Но я видел цифры. И цифры не сходились. Денег в кассе было больше, чем должно было быть по официальным контрактам. Я задал вопрос Даниэлу, он сказал, что я слишком любопытный. Через неделю меня попросили уйти, выплатив месячное выходное пособие и пригрозив судом за разглашение коммерческой тайны, если я буду болтать». Другие бывшие сотрудники компании от комментариев отказались или не ответили на запросы редакции.

Alter Co.

Империя на опиоидах

Alter Co. основана в 1995 году в Филадельфии двумя фармацевтами, Робертом Хейлом и Стивеном Граймсом, которые ушли из крупной корпорации и решили делать свое дело. Специализация компании, опиоидные анальгетики: морфин, оксикодон, гидрокодон. К 2010 году Alter Co. вошла в топ-20 фармацевтических компаний США. Штат насчитывал 3500 человек, выручка достигла 1,2 миллиарда долларов, а у основателей были особняки в Коннектикуте, яхты, частные самолеты и чувство полной безнаказанности.

Alter Co. была известна агрессивным маркетингом, который позже назовут одной из причин опиоидного кризиса в Америке. С 2005 по 2015 год компания выплатила врачам 120 миллионов долларов в виде бонусов, гонораров и «образовательных грантов», поощряя их назначать опиоиды при любой боли: зубной, головной, послеоперационной, хронической. Результат, массовое назначение и рост зависимости среди пациентов, не заставил себя ждать. К 2015 году Центры по контролю заболеваний (CDC) зафиксировали рост смертности от передозировок в три раза по сравнению с 2000 годом. В Огайо, Западной Вирджинии, Кентукби, регионах, где и так было не сладко, люди умирали десятками тысяч.

После распада СССР в США хлынула волна эмигрантов из бывших советских республик. Доброград стал одним из центров притяжения русскоязычного населения наряду с Брайтон Бич в Нью Йорке. Среди приезжих были сотни квалифицированных химиков, фармацевтов и врачей с советским фундаментальным образованием, которое высоко ценилось за глубину и системность. Однако в Америке их дипломы часто не признавали, заставляя подтверждать квалификацию заново или соглашаться на низкооплачиваемые должности.

Alter Co. активно нанимала русскоязычных специалистов. Причины были сугубо прагматичны: они соглашались на зарплату ниже рыночной на 20-30 процентов, имели отличную подготовку, редко жаловались в профсоюзы и не участвовали в офисных интригах. К 2010 году русскоязычные сотрудники составляли примерно 15 процентов персонала Alter Co., около 525 человек. Из них примерно 400 жили в Доброграде и окрестностях, привлеченные дешевой недвижимостью и уже сложившейся диаспорой. Остальные работали в Филадельфии, Трентоне и Аллентауне, но поддерживали связь с земляками.

Шок и Трепет

В январе 2023 года интернет-издание The Philadelphia Inquirer опубликовало расследование, которое готовили почти год. Журналисты нашли бывшего менеджера склада Alter Co. Майкла Денвера, который уволился в 2022 году, обидевшись на руководство, и был готов говорить. Факты, предоставленные Денвером и подтвержденные документами и внутренней перепиской, оказались сокрушительными. С 2019 по 2022 год со склада компании в Трентоне (Нью Джерси) исчезли препараты на сумму 8 миллионов долларов. Схема включала двух супервайзеров склада, трех грузчиков и четверых водителей, которые вывозили морфин и оксикодон через задние ворота, подделывая накладные. Десять врачей в Пенсильвании, Нью Джерси и Огайо выписывали морфин без показаний, перепродавая его наркодилерам. Руководство компании знало о проблеме как минимум с 2020 года, внутренняя служебная записка, подписанная вице президентом по логистике, прямо предупреждала о рисках, но никаких действий не последовало.

Акции Alter Co. рухнули на 80 процентов за две недели после публикации. Крупные инвесторы выходили паническими волнами. Medicare и частные страховщики расторгли контракты. В феврале 2023 года DEA (Управление по борьбе с наркотиками) провела обыски в офисе компании в Филадельфии и на складе в Нью Джерси, забрав серверы, документы и жесткие диски. Арестованы 12 человек, включая двух вице-президентов, трех менеджеров склада, четырех логистов и трех врачей, а основатели Хейл и Граймс арестованы не были, у них были хорошие адвокаты и алиби в виде «мы ничего не знали, это все менеджеры среднего звена». Но репутация компании была уничтожена окончательно. В марте 2023 года Alter Co. подала заявление о банкротстве по главе 11 (реорганизация с защитой от кредиторов), но суд отклонил заявление и назначил внешнее управление. В апреле 2023 года компанию объявили ликвидированной. Три с половиной тысячи человек потеряли работу. Из них около 400 жителей Доброграда. Безработица в городе выросла на 2,5 процента за один месяц.

Человек, который не нашел работу

Среди уволенных оказался Филипп Лафреск, 31 год, доктор химии (Ph.D.), выпускник Университета Питтсбурга. В Alter Co. он работал с 2010 года, последняя должность, ведущий химик-технолог отдела разработки опиоидных анальгетиков. На его счету три патента: метод очистки морфина от примесей, повышающий его биодоступность; пролонгированная форма оксикодона, которая медленнее вызывает привыкание; и комбинированный препарат с добавкой, затрудняющей внутривенное употребление. Лафреск был одним из лучших в своей области, его работу ценили коллеги и руководство.

Лафреск не участвовал в хищениях. Он работал в лаборатории, а не на складе. Его имя не фигурировало в документах, связанных с украденными партиями. Но когда DEA изъяла серверы компании, его имя оказалось в списках «технических специалистов, связанных с разработкой контролируемых веществ». Формальных обвинений предъявлено не было, но ни одна крупная фармацевтическая компания, Pfizer, Johnson & Johnson, Merck, не захотела связываться с человеком из скандальной истории. Лафреск месяц рассылал резюме. Отказы приходили один за другим. Деньги таяли. Квартиру в Филадельфии пришлось сдать субарендаторам, а сам он перебрался в дешевый мотель на окраине. Затем, по словам соседей, он исчез. Его следы затерялись. Редакции удалось установить, что Лафреск, вероятно, переехал в Доброград, где у него были друзья и коллеги по Alter Co., но подтвердить это документально не представилось возможным. На звонки по известным номерам он, понятное дело, не отвечал.

Точки соприкосновения

Неудобные вопросы

Редакция собрала несколько фактов, которые по отдельности могут показаться случайными, но вместе складываются в устойчивую картину.

Первое. С мая 2023 года, через месяц после банкротства Alter Co. и встречи, о которой будет сказано ниже, Miner Mitcher резко увеличила закупки химических реактивов. Ацетон, толуол, соляная кислота, этилацетат, официально, для обработки руды и взрывных работ. Однако объемы закупок, по данным таможенной статистики и накладных, предоставленных источником в транспортной компании, выросли на 300 процентов при том же уровне добычи угля. Аналитик, пожелавший остаться неизвестным, объяснил: «Для обработки руды на 45 тысяч тонн угля не нужно в три раза больше кислоты. Это как заправлять машину бензином каждые десять километров. Либо у вас утечка, либо вы используете химию для чего-то другого».

Второе. Бывшие сотрудники Alter Co., включая высококвалифицированных химиков с докторскими степенями, массово оседают в Доброграде. По данным местной переписи и записей налоговой службы, с 2023 по 2025 год в городе зарегистрировались не менее 50 бывших сотрудников фармацевтической компании. Официальный источник дохода большинства из них, «консультационные услуги» или «самозанятость». Некоторые числятся сотрудниками компании Miner Mitcher на низовых должностях, разнорабочими, кладовщиками, уборщиками. При этом их образование и квалификация не соответствуют этим должностям.

Представитель полиции Доброграда, попросивший не называть его имени из страха за карьеру, заявил: «У нас нет оснований подозревать Miner Mitcher в чем-либо незаконном. Компания платит налоги, соблюдает экологические нормы, проходит проверки MSHA и EPA без серьезных нарушений. Бывшие сотрудники Alter Co., которые здесь живут, законопослушные граждане. У нас нет ни одного заявления, ни одного доноса, ни одной улики, связывающей их с чем-то противозаконным. Мы не видим связи». На вопрос, проверяла ли полиция шахту «Святой Патрик» и складские помещения, он ответил: «Плановые проверки проводятся по графику. Внеплановых оснований не было».

Тень

Прямых улик против возможного симбиоза, который в некоторых кругах, знакомых с ситуацией, называют «MM Synthesis», нет. Ни одного ареста. Ни одного обыска. Ни одного доноса. Федеральные органы не проявляют интереса к Доброграду в той мере, в какой следовало бы. Но вопросы остаются. Откуда у умирающей шахты деньги на трехкратное увеличение закупок химии, если выручка выросла, но не настолько? Чем на самом деле занимаются бывшие ведущие химики Alter Co. в городе, где нет ни одной фармацевтической лаборатории? И почему качественный опиоид неизвестного происхождения появляется на черном рынке сразу после банкротства компании, которая производила точно такой же, с теми же характеристиками чистоты и теми же примесями?

Ответов пока нет. И, возможно, не будет. Полиция не ищет. ФБР не заявляло о расследовании. Журналистам отказывают в доступе к территории шахты. Охрана «Химбазы», складского комплекса Miner Mitcher, вежливо, но твердо объясняет: «Частная территория. Пропуск только по согласованию с руководством». Руководство на звонки не отвечает. Единственное, что остается, строить догадки. Но догадки, как известно, не являются доказательствами.

Основные участники, предположительно относящиеся к делу:

Даниэл Митчелл, 38 лет, глава филиала Miner Mitcher в Доброграде. Экономист из Бостона, закончил Бостонский колледж, стажировался в Лондоне. Холост. Отказывается от интервью. На звонки не отвечает. На письменные запросы редакции ответил через юриста: «Моя компания ведет законную деятельность. Все вопросы к пресс-секретарю». Пресс-секретаря у компании нет.

Филипп Лафреск, 31 год, бывший ведущий химик технолог Alter Co. Доктор химии (Ph.D.), Университет Питтсбурга. Три патента в области опиоидных анальгетиков. В 2023 году покинул Филадельфию. Предположительно проживает в Доброграде. Социальные сети удалены или неактивны.

[DizzY]

[DizzY]