ATSK(AntonioTakeSprayKrew/TakeStreetKrew/ThisSideKnown/7OnSight)

sleepyhead

Жилой квартал Антонио на первый взгляд может показаться типичным спокойным районом на окраине Ривер-Грайта — аккуратные дома, пускай и с мусором, трудность добраться куда-либо без своего транспорта, редкий трафик и ощущение “обычной жизни”. Однако местные жители знают внутреннюю кухню лучше.

Многие регулярно жалуются на ночной шум: громкая музыка, скопления подростков у остановок, закоулков и на парковках. Практически каждая вторая стена изрисована непонятными для старшего испаноговорящего населения каракулями, расшифровка которой обозначает уличные имена молодёжи и обозначения их улицы. Слои краски наслаиваются друг на друга быстрее, чем коммунальные службы успевают их закрашивать. Социальные работники перегружены. Попытки “очистить” район дают лишь временный эффект, а потом, подобно издёвке — превращается в черновик.

Streetlife

ATSK(AntonioTakeSprayKrew/TakeStreetKrew/ThisSideKnown/7OnSight) — новое и преимущественно молодое тэг-крю, возраст участников в котором варьируется около 16-ти лет. Большинство из них —латиноамериканцы, проживающие за Большим Городом и промзоной в жилом квартале Антонио. Команда только начинает набирать обороты, является местной тусовкой приближённых проблемных подростков и их друзей, одноклассников. Она уже успела заявить о себе на родном районе путём сомнительного с точки зрения закона времяпровождением — вандализмом, мелким воровством и хулиганством.

Группировка постепенно втягивается в уличную жизнь и пока не имеет прямого отношения к какой-либо из банд, но из-за своей повышенной активности уже вступают с близлежащими в конфронтации. Многие из подростков зарабатывают уважение на улицах путём тэг- и нэт-бэнгинга, набивают татуировки с соответствующими обозначениями своего объединения, улицы. Всё ради того, чтобы заявить о себе.

Помимо респекта, ими движет общая жажда наживы, многие подростки одержимы желанием заработать, поскольку у каждого из них денег попросту нет, а дома царит бытовая драма. Дома в целом, большинство появляется редко именно из-за неё. Сплочённость в данном случае является — синонимом слова “Безопасность”.

Небольшие магазины и угловые лавки стали негласными точками притяжения. Особенно выделяется круглосуточный 7-Eleven — место, где пересекаются разные компании, обсуждаются последние громкие и не очень события, решаются конфликты и формируются новые связи. Для одних это просто магазин, для других — фактический центр уличной жизни квартала.

sleepyhead

L&A

sleepyhead

ЧТО МЫ ИГРАЕМ?

Мы играем современное тэг-крю — сборище мексиканских и в целом испаноговорящих тинейджеров, которые рисуют тэги от своих команд (вот как в вашем родном Урюпинске на вагонах, но только в Америке), которые двигаются на улицах, но не являются полноценной уличной бандой, т.е по началу своего взаимодействия мы намерены избегать геймплея с пострелушками, уделяя приоритет развитию компании и своих персонажей. По мере игры планируется сформировать уже полноценную банду со значением 14 в названии.

credits - я, @porkove , @d

Присоединиться к нам — https://discord.gg/kxH55qj2Q6

Всё просто, создаёте тикет, в свободном формате описываете свой краткий бэкграунд и переносите его в раздел персонажей. Приветствуются преимущественно молодые персонажи, в возрасте 15-16 лет, однако рассматриваются так же и другие, возможно необычные роли.

ТОПИК W.I.P — WORK IN PROGRESS.
(будет дорабатываться)

sleepyhead

sleepyhead

Описание
ыавыавыавав.jpg

НюхаюАльфуВНовомУренгое

Здрасте скрап киллеры тут играют?

fy378752

7Eleven 14

d

Hard Times

Описание

Сегодня нанесение меток стало международной проблемой, и их можно найти по всему миру. С точки зрения правоохранительных органов, в лучшем случае трудно отслеживать всех отдельных маркировщиков и бригады маркировщиков. В первые годы существования эти группы были сосредоточены на размещении своих меток в общественных и частных местах.

Цель состояла в том, чтобы разместить метку своей команды и свое уличное прозвище как можно больше раз. Считалось, что это способ добиться признания, уважения и известности среди коллег и других конкурирующих команд. За это время между этими группами было зафиксировано очень мало насильственных конфликтов, похожих на бандитские разборки.

Между бандами возникло ожесточенное соперничество, и, к сожалению, между существующими уличными бандами и граффитистами. В некоторых районах количество группировок и их участников настолько возросло, что им буквально не хватало места, особенно в крупных городах. Кроме того, среди гангстеров, которые искали выход из жизни уличных банд, было популярно присоединяться к команде граффитистов.

Начался раскол. Появилась новая группа любителей ставить метки, которые хотели вести себя как традиционные уличные гангстеры, писать граффити и отказаться от ненасильственной философии. Смена философии быстро распространилась по всему городу.

«Гарольд расскажет нам о людях, которые оставляют свои следы повсюду», — так начинается репортаж местного телеканала в Мичигане. Лора назвала их граффити-теггерами и граффити-райтерами, художниками, испольующими баллончики с краской. В сознании большинства людей они — вандалы превращающие город в визуальный ад, их единственная цель — разрисовывать чужую собственность своими безобразными рисунками, инициалы или принадлежность к банде. Чем чаще они это делают, тем шире их известность, цель стать номером один или, по крайней мере, в одной лиге с печально известным Чако.

«В пятницу вечером на аллее трое молодых людей развлекаются, но в отличие от тысяч других молодых людей, которые сегодня вечером ищут развлечений в Мичигане, они находятся под наблюдением полиции. В частности, парень в черном с рюкзаком, оператор, выдающий себя за туриста полицейский, он пытается поймать печально известного граффити-художника, известного как Чака», — продолжил репортер.

Камера переводится на молодого человека лет семьнадцати, потом на стену, где изображено название нескольких людей, в частности там запечатлены CHAKA7BOYBABYSCOOBY*ATSK, полицейский, прикрывающимся туристом распрашивает молодого художника.

«Это ты сделал? Как тебя зовут? Что с тобой? Какое твое настоящее имя?», — закадровый голос.

«Чака, Чаки Эспина», — ответил подросток с улыбающимся лицом.

По словам полиции, Чаки это Чака Эспина, и пройдет несколько недель как этот же полицейский передаст подростка в государственную психиатричскую больницу в Вестмонде, где Чаки Эспина находится под наблюдением в ожидании приговора по десяти пунктам обвинения в мелком вандализме и незаконном проникновении. Полиция утверждает, что его тег Чака связан с половиной причененного ущерба, начиная от округа Уэйн, заканчивая до Ривер-Грайтом, и он составил миллион долларов.

В разгар этой кровавой бойни казалось, что его надписи можно увидеть на стенах, автострадах, фонарных столбах и даже на главной водонапорной башне в городе.

Чаки присоединился к сотням других молодых людей, вооруженных баллончиками с краской и разметочными листами, которые соревновались друг с другом в том, кто быстрее напишет стилизованное прозвище или тег в как можно большем количестве мест. Эспина признался, что работал один, но полиция с точностью знает, что с ним были его товарищи. Он распылил так много краски, что вел карту с отмеченными на ней местами.

На вопрос откуда он взял деньги на всю эту краску, он ответил что ему приходилось красть и даже в некоторых моментах воровать, этот парень, бросивший школу, и выросший в пригороде, говорит, что его самой большой проблемой были не деньги, а с распылением его имени на заднюю сторону огромных знаков, которые висят далеко на автострадах.

«Мы пробирались среди ночи на автострады, баннеры и нас совсем не волновало как мы туда будем забираться, у нас было лишь одно в голове — это цель», — честно ответил Эспина.

Да, его арестовывали четыре раза в несовершеннолетнем возрасте, но так и не привлекли к ответственности,власти говорят, что добиваются тюремного заключения для него, чтобы его знакомые поняли, что этим заниматься не нужно.

Для многих людей идея о том, что граффитисты, причиняющие ущерб на сотни тысяч долларов, могут считаться художниками, смешна.

Вскоре, Чаки Эспина был освобожден с обязательством планированных работ в сто тридцать пять часов, и штраф, на несколько сотен тысяч долларов.