Форум Octothorp Team

1. inconnu_avec
2. STEAM_0:1:487786461
3. Старинная Библиотека “Пилигримов”
4. Никогда не задумывались о закрытом, старом здании на Линкольне? Старинная библиотека была заброшена более 20 лет назад, а о ней никто не вспоминал. По известиям старожил и местных стариков в данной библиотеке таится древние знания, старая история города, габбелены как Ривер-Грайт зарождался, а может и что-то ещё более старое. Но это явно лишь верхушка айсберга. Наверняка истина намного глубже, чем нам может показаться. Насколько глубоко готовы закопаться “пилигримы” нашего городка, чтобы узнать все загадки старинной библиотеки первооткрывателей города, а также понять почему библиотека оказалась заброшенной? Может тут есть какое то проклятие?
5. Постройка неполноценная, не хватает пропов даже с строителем
   

6. Нет, задумка спонтанная
8. Мне потребуется помощь ГМ состава для проведения и создания красивого сюжета, триггеров телепортации, а также консультации по постройке. Мне значительно не хватает пропов, все слишком объемное и крутое, от чего мне бы пригодилось увеличение пропов и в целом всего, больше описаний и триггеров для осмотра. Многие системы мне недоступны ввиду того что я не ГМ.
9. Как только подготовлю полный сценарий и обработаю все детали совместно с игровыми мастерами, появится полноценная диагностика и постройка и с этим можно будет работать.

Пока все говорят про позинги, я говорю про хорошую историю, которая мне понравилась раскрытием персонажа, приятной атмосферой какой-то глухоты и кантри. Персонаж прям в душу впал.

Spoiler

Дисклеймер

---

Стоит начать с самого начала. Примерно с момента, когда началась история всего старого мира. Те времена, когда первые кланы сражались в Скандинавских землях, разбивая топорами лед и прорубаясь сквозь дым и пепел, чтобы разорвать глотку своих врагов. Казалось бы, вроде так много изменилось за прошедшие года? Скорее нет, чем да. Люди остались такими же кровожадными и жестокими, что вбилось в нашу кору головного мозга, словно постулаты древних, мы все так же желаем дать потомство, все также гонимся за изменениями и новыми проблемами. Да, может именно ты не такой, но вся твоя родня, а может часть были такими.
Давайте же окунёмся в историю древних легенд. Например, поведуем об истории Хаммаршельда, древнего скандинавского клана, находящегося на защите границ Норвежской земли. А поныне, на защите людей и их спокойствия не только на своей законной земле.

---

Впервые клан Хаммаршельд появляется в истории в 9 веке нашей эры. Особо фигурирует так называемый Ульрих Хаммаршельд, глава и один из самых сильных полководцев тех лет. Клан войдет в коалицию Вестфолда, ставшую основой будущего Норвежского Королевства. Ульрих появится в войнах за объединение Севера, где сможет в малочисленной армии победить мощнейшего полководца Хаке Гэндальфссона из Альфхейма. На фоне расширения земель, Хаммаршельд начнет их раздавать своим сыновьям, которые после его смерти начнут внутренние междоусобицы.

— “Мы, люди разных времен. И даже если я значительно отличаюсь от своих предков, что кровью и плотью прорубали себе путь на выживание, сейчас же эти люди стали художниками, писателями, архитекторами, но в ком-то осталась кровь древних предков Хаммаршельд. Именно они пойдут в полицию, армию, пожарные, став спасать людей и держать в руках может и не топор войны, но пистолет, воду, либо же автомат.”

Проводя параллель с современной историей, мы поговорим о современном носителе фамилии Хаммаршельд - Адальмунде, он же Адаль. Родится он в средней семье композитора: Йохана Хаммаршельда, а также матери-экономистки Адель Хаммаршельд, собственно, в Норвегии, в городе Тёнсберге. В семье будет ещё 5 братьев, которые будут устраивать внутренние конфликты друг с другом. Легкие подтрунивания перерастут в настоящие драки за внимание родителей. Несмотря на то, что исход драк чаще всего являлся - наказанием для обоих. Адальмунд будет одним из самых спокойных среди братьев, за что и получит свое внимание, которое не оценят его братья, став дерзить, за что начнут получать в ответ физически. Именно братья смогут создать в Адале чувство контроля, жесткости и грубого нрава, ну и конечно же чувство уверенности.

Один из самых выразительных сынов Ульриха будет Мьёрн Хаммаршельд. Он сможет поставить на место всех братьев избежав лишней крови. Но… В землях начнется беспокойство и после вторжения клана Астрахьёрна, Хаммаршельд будут вынуждены бежать и собрав людей. Мьёрн лично поведет братьев и свой народ, остепенившись в горах, где будет основан их новый дом, поблизости с городом Кехтенбергом. Мьёрн сможет найти там своего дядю, Крона, брата Ульриха, став просить его совета для управления своими людьми. Именно Крон Хаммаршельд станет держать на плаву Мьёрна и помогать ему совершенствоваться, дабы разбить будущих врагов и вернуть свой дом.

Среди всех братьев Адальмунд станет наиболее жестким и сможет их контролировать. Отец увидит жесткость сына в столь молодом возрасте, всего 7 лет, что гордо оценит. Через год начнутся первые проблемы, а именно кризис в стране в 90-е года… Семье придется переехать из Норвегии, отправившись в США, по удачно полученной программе Зеленой Карты Йоханом, который будет выступать деятелем искусства. Собрав чемоданы, семья отправится в Мичиган, где те смогут выбить наиболее комфортные условия жизни, а также смогут связаться со своими родственниками, а именно братом Йохана - Бьёрном Хаммаршельдом полицейским в Детройте, в будущем именно он станет наставником для Адальмунда, по сути вторым отцом, на фоне постоянной работы Адель и Йохана.

---

Долгое учение Мьёрна приведет его к познание точных наук и особенностей управления. Тот будет познавать науки не только от своего дяди Крона, но и от настоящих военачальников и предводителей кланов, став воином на защите горных пределов под предводительством короны Хако Доброго. Впервые Мьёрн столкнётся с врагом через несколько лет, став вести за собой свою армию. Те запомнят его как бравого и сильного воина, дав ему прозвище: “Стальной Щит Кехтенберга”

Адаль в школе будет способным и харизматичным учеником, оценками тот не особо будет отличаться, всё же он не был идеален во всём. Основной акцент тот делал на гуманитарные науки, а именно история, язык, а также социальные науки, в чём найдет свой интерес и вне школьных занятий. Основное учение, если его так можно назвать, которое преподавал Бьёрн, часто посещающий семью Хаммаршельд - защита слабых.

“Не каждый слабый может защитить себя. Ты понимаешь, что тот разум и та сила, которая была дана тебе с твоим совершенствованием, постоянными тренировками и не глупым интеллектом или бездумием, нужно применять не ради пустого разрушения. Стань щитом для тех, кто не может постоять за себя, потом они расплатятся тебе может монетой, а может и услугой и помощью.” — Говорил Бьёрн, когда посещал дом Хаммаршельд и общался наедине с племянником.

Адаль на основе идеи “защиты слабого” создаст школьную программу, которую начнёт разрабатывать в 14 лет. Параллельно вступив в спортивный клуб, где начнет самостоятельное развитие и получение наставлений от участников по тренировкам. Уже к 16 тот подготовит программу и выдвинет её перед участниками клуба, к тому моменту став президентом, что будет не так сложно, учитывая инициативность самого Адальмунда. Программа “Защити Слабого” будет подразумевать получение анонимных просьб или жалоб именно в клуб, по вопросам буллинга, а также принижения школьников. Программа даст свои плоды, но и будут свои минусы. В идеале Адальмунд и его друзья не понимали программу как только гуманное направление, из-за чего передавали информацию не просто в полицию, либо учителям или директору, а иногда и принимали меры сами. Часто это было, когда первые способы не удались, например полиция закроет глаза на проблемы школьников, что было в Анн-Арборе и частенько, особенно в непопулярных школах, либо учителя и директор посмотрят сквозь пальцы и просто наругают нарушителя. Адальмунд будет применять жесткие меры, до степени избиения обидчиков, ультиматумов и жестких мер по созданию порядка внутри школы. Конечно, это даст свои плоды: буллинг в средней и старшей школе сократится, значительно, но теперь внимание было на самом Адальмунде и его друзьях. К счастью отреагировать раньше успеет его дядя Бьёрн и отец Йохан, которые начнут в понятной форме давать понять племяннику и сыну, что нарушать закон не лучшее дело, а применение насилия это плохо. Дело закроют, когда Бьёрн сможет убедить прекратить дело из-за недостатка доказательств, договорившись с детективами из бюро.

— “Бьёрн часто мне читал легенды о моём предке, Мьёрне. Я думал, что добиваться защиты нужно через расплату, кровь, жесткость и меры, но оказалось, что я слишком перегнул палку. То что было 1000 лет назад не применимо к тому, что происходит сейчас. И моральный компас должен строиться на основе моего настоящего.”

Адальмунд получит репутацию не из самых лучших среди взрослых, но вполне себе будет почитаем среди учеников. Программа “Защити Слабого” всё равно выйдет в свет, хоть и став более гуманной и ненасильственной. К 18 годам Адаль покинет школу, став искать новое место для образования. И этим местом станет национальная гвардия.

---

Мьёрн возглавит своё войско. Лучший ученик своего дяди пойдет вперед всего многочисленного стана бравых солдат, которых он лично будет продвигать и развивать, делать из них настоящую акколаду. Они пойдут в свой последний бой - за родной дом, дабы отбить его у клана-захватчиков. Вступая на землю снег будет подниматься из под копыт лошадей, а земля будет смешиваться с кровь врагов, превращаясь в слякоть. Мьёрн вступит в бой с Дихро Кровавым, своим соперником и полководцем врага. Их бой продлится долго, но несмотря на это Мьёрн сможет одолеть заклятого врага, поставив его на колени и лишив головы. И дом вернется в руки законных хозяев, Хаммаршельд. Главным учением же Мьёрна Хаммаршельда, по прозвищу Стальной Щит, станет идея о защите родного дом, даже если ценой станет кровь, время и нравственность. Ведь нету ничего важнее родной земли.

Молодой и неопытный, бывший школьник без работы, Адальмунд, решит, что лучшим вариантом из всех станет пойти в армию. Это решение он примет на основе семейного положения. Дабы не ставить семью в бедственное состояние на фоне дикой бедности, а также изгнания отца из сообщества музыкантов и бракования всех его произведений, ну и увольнения матери. Адальмунд соберет вещи и попрощавшись с семьей, отправится в национальную гвардию Мичигана, как активный солдат.

Армия, боевой дух и дисциплина были в Хаммаршельде в крови, ну и на основе его детской и подростковой жизни. Несмотря на его верность командиру, назвать его абсолютным роботом не повернется язык. Выступать тот будет иногда и вне устава. Он проявит себя как лидер для сослуживцев. Справляться с шутками солдат, коллег и будущих друзей тот сможет на основе опыта с братьями, ему легко удастся поставить всех на место и завоевать внимание каждого, став братом по оружию для всех сослуживцев. На основе его стремления защищать других и изнурительных тренировок изо дня в день, президентства в школьном клубе, помощи ближним, тот будет стремиться к помощи сослуживцам в их службе, часто привлекать всех к общим тренировкам, а также быстрее изучать материал, передавая опыт другим. Штаб-Сержант 631-ого отряда командования войсками в Кэмп-Грейлинге оценит заслуги Адальмунда: “Это настоящий солдат, тот, которого многие хотели бы видеть в строю. Смотря ему в глаза ты понимал: “Да, этот сукин сын возьмет всех за шею и поставит в строй”. Признаюсь, даже я иногда брал у него советы как сделать то или иное, он хорошо познавал материал, а никому как самому Адальмунду я мог доверить свою спину.”

В Армии будут и свои враги у Хаммаршельда. Чаще всего это будут лейтенанты и штабные, которые будут видеть в Адальмунде скорее выскочку, это не помешает тому стать капралом и потом стать заместителем командира роты, но сильно помешает в будущих тренировках, а апофеозом станет, когда все дойдет до гауптвахты за неподчинение офицеру. За 5 лет тот получит лишь одно повышение - капрала, а заместителем станет по инициативе штаб-сержанта. Штабные не смогут заглушить способного Хаммаршельда. Хотя казалось бы… Приказ офицера будет элементарным: Почистить свои ботинки. Адальмунд принципиально откажется, парируя тем, что находится тот в полевой обстановке. За это будет наказан. В будущем получив позывной “Викинг”, тот начнет тренировать солдат роты и подготавливать к тактической работе, что даст свои плоды и двое из его бойцов перейдут в специальные силы, отправившись в ближний восток для Анти-террористических операций США, где будут награждены, а Адальмунд получит награду, медаль: “За Безупречную службу в армии”, по инициативе и рекомендации своего командира и командования других подразделений, лейтенанты ничего не смогуи с этим поделать, награду выдаст военное командование, а штабным останется лишь грызть локти, что они не смогут подавить викинга.

Служба в национальной гвардии закончится довольно скоро, всего спустя 5 лет, Адальмунд отправится в запас, по собственному желанию. Сам тот объяснить такой выбор желанием наконец-то начать другую жизнь, встретиться с семьей, повидать своих друзей. На деле же, тот будет разочарован в штабе, который под конец будет вставлять палки в колеса настолько часто, что служба превратится в рутину, нежели в интересное для Адаля занятие.

---

Так и закончится история сурового Мьёрна, самого знаменитого полководца Северной Норвегии, преданного воина Короля, а также упорного, дисциплинированного человека. Крон же будет все время до самой смерти Мьёрна с земли и с небес наблюдать за своим верным учеником, ставшим для него сыном. И самое главное, защитившим родной дом и став его щитом до конца лет.

— “Если мой родной дом, где я вырос, должен находиться под защитой, то я сделаю всё ради этого, даже если мне придется умереть. Так меня учили в роду, так заведено нашими предками. Именно так будет говорить Мьёрн, так будет говорить его потомок - Адаль, то есть я. И главное учение для меня станет - не забывать свою родную кровь, не смыть её на фоне окружения.”

Адальмунд после окончания службы в национальной гвардии отправится в родной Анн-Арбор. После военной жизни работать тот захочет в наиболее близкой по сути работе, по гуманитарной части, без особых точных наук и ответ был совсем близко и по-сути… Преследовал его всю жизнь. Бьёрн Хаммаршельд - офицер полиции. Дядя порекомендует пойти племяннику именно в полицию, но к сожалению не в Анн-Арборе, где будет закрыта академия на реконструкцию. Деньги нужны будут здесь и сейчас, а работать кассиром было не ахти, поэтому Бьёрн предложит Ривер-Грайт, как наиболее интересный вариант, но и не только из-за заработка: "Начни жизнь с чистого листа. Анн-Арбор - это гнилое место, если смотреть изнутри. Знакомые тебя разрушат, вотрут в землю, обидчики, которых ты до этого избивал станут твоими врагами до самой смерти, либо станут причиной смерти. Уходи из этого места, sønn". Хаммаршельд согласится на это, поэтому отдав часть денег со службы родителям, тот сам отправится в новые для него земли, взяв с собой лишь документы, личные вещи, да собственное мужество. Братья увидят в Адале того самого лидера, которым тот был для них, смог сдержать каждого из них, так и отдал большую часть денег в “клан”, что стало сильным жестом и со спокойной душой Адальмунд уедет в Ривер-Грайт, к счастью, братья найдут свои семьи, оставив этот вопрос лишь за Адальмундом. К тому моменту “викингу” уже будет 25 лет, самое то, чтобы поступить в академию, что он и сделает. Основной проблемой для Адаля будет его расположение: Всё же тот был не местный, а знал город дай бог месяц, но тот сможет поступить в академию. Пройдя сложный этап отбора, где выйдет в довольно крепкие кандидаты.

Академия Полиции будет не столь сложным местом для Адальмунда: знакомые просторы. Все те же тесты на психику через крики и оскорбления, все те же физические тренировки, учеба дисциплине. За счет своей грамотности Хаммаршельд станет отличником, пройдя все этапы на крепкую пятерку, как, собственно и тесты. Особо в академии себя проявил как хороший собеседник, а также будущий коллега, участвуя и организовывая всяческие мероприятия “для своих”, а из-за своей национальности получит прозвище, как в Национальной гвардии: “Викинг”. Правда в данном случае будет отнекиваться, часто пытаясь уйти от этого прозвища, но не особо удачно.

Первые годы начнутся со стажировки. Работа с инструктором, полевая работа и первые вызовы. Адальмунд хорошо себя проявит как офицер полиции, что будет и после службы. Первое убийство тот будет переживать не так сложно, но и не так легко как хотелось бы. Пройдя легкую консультацию с психологом, тот поймет, что убийцей называют не тех кто просто убил, а тех кто убил с корыстной целью, внутренний гештальт будет закрыт. Первые годы тот проблюется с первой детективной сцены, а дальше все пойдет лишь проще.

Адальмунд Хаммаршельд, номер значка 844. Эти слова запомнили и зеленые новички, которые отчаянно могли пытаться огрызаться на жесткого и грозного викинга, так и обычные гражданские, которые видели в рыжеволосом суровом мужчине настоящую угрозу. Став стеной между порядком и хаосом, он наводит порядки там, где хаос уже победил, а это стоит уважения, что и отмечают сержанты и капралы в Адале. Наследнике Стального Щита Севера.

“И… Я бы хотел сказать на последок… Не читайте мой дневник больше, это сложное откровение и оно для моей души.”

---

потенциал есть.

Преамбула

Доброград - ролевой проект на базе игры Garry’s Mod, созданный в развлекательных целях.

Ролевая Игра - исполнение игроком рамок персонажа, соответствующая стандартам сервера отыгровка данного персонажа и погружение в атмосферу серверного лора или ролевой игры.

IC - In Character - Любая информация написанная в данном топике - абсолютная НЕреальность. Представленная ниже информация распространяется только на ролевую игру на сервере Доброград. Совпадения с реальными лицами случайно, сцены описанные в топике - выдумка автора, следовательно не является действительностью.

Целевые ошибки - я как автор квенты перечитал её несколько раз, но несмотря на это я мог ошибаться например в наборном виде: лишняя буква в словах, двойные запятые и так далее. Если вы увидите такого рода ошибки, то сразу сообщайте в комментариях. Помогите отполировать квенту!

Краткая информация

Имя и фамилия: Айзек Винтерс Джонсон.
Возраст: 38 лет.
Дата рождения: 12 Мая 1986 года
Образование: Магистр Юридических Наук, кафедра Уголовного процесса и криминалистики.
Национальность: Британец
Пол: Мужской
Цвет кожи: Белый
Раса: Европеоид
Место рождения: Мичиган, г. Детройт
Описание внешности: Айзек Винтерс - мужчина 38-и лет с небрежной бородой, очками, неаккуратными волосами с выделенным пробором справа. Волосы каштановые, чуть блестящие. Глаза у Айзека карие, мешки под глазами и покраснения намекают на явный недосып этого мутного типа, а также его натуру трудоголика. Шрамирований или дефектов кожи не имеется, кроме родимого пятна на ключице, справа от лица Айзека. Горбится, пахнет шишками, лесными орехами и табаком.

Глава I | Привет, я Айзек

Начало 2000-х в Детройте - знаковая эпоха, когда банды чёрных начали рассасываться с улиц, а белые наоборот, массово заполонили тёмные переулки. Именно в Детройте родилась эта тупая культура молодёжи: “А давайте возьмём пиво и пойдём на побережье, чтобы нажраться, выкинуть банки в бесконечно синее озеро Детройт, а после громко врубить музло с попсовым рэпом”. Славился Детройт помимо странной культуры, еще и странной демографической проблемой: каждый третий уезжал из города в Доброград, либо же в Уоррен. С чем была связана такая проблема - сложно сказать, но на ум шло лишь одно: Детройт умирал, причём на глазах. Когда 90-е в Детройте ушли, большинство автомобильных компаний стали покидать Мичиган и смещаться в более прибыльные штаты, от чего центр автомобильного производства превратился лишь в жалкую пародию города-призрака. Конечно, основной проблемой стал не уход автомобильных компаний, а экономический кризис города, который произошел из-за Мэра Кваме Килпатрика. Господин мэр очень неудачно вёл свою политику начиная с 2002-ого года, когда за место реформы торговли и предпринимательства, ввёл дикие запреты, желая уничтожить монополию автомобильных компаний в городе. Эти действия были очень опрометчивы и привели Детройт к низким зарплатам, повышению стоимости ЖКХ услуг и продукции. И вот, среди всего этого ужасного времени появляюсь на сцене я - Айзек Винтерс, сын двух юристов, веселый парень и очень, ну о-о-о-чень заядлый любитель философии за стаканчиком сухого виски.

Открываются двери бара и во внутрь заходить чуть зажатый молодой человек с козлиной бородкой, неопрятным видом, взъерошенными волосами, но с такой сияющей улыбкой, что можно закрыть глаза на все неприятные моменты в лице парня, умиляясь его гримасе. На груди парня висит бейджик: “Привет, я Айзек”, причем “Айзек” написано рукописным, неаккуратным почерком, а на конце, рядом с краем бейджа, видно пятнышко чернил, которое давно пытались стереть, но сделали лишь хуже: пятно размазалось на краю бейджа, оставляя синее, бросающееся в глаза, неприятное le place. Чуть потупив на входе, парень проходит за стойку и начинает раскладывать аппаратуру по местам, спокойно протирая стойку слегка сыроватой тряпочкой. Айзек напевает себе под нос мелодию The man who sold the world от Midge Ure. Тишина одинокого бара продолжалась недолго, ведь внезапно её прервал некий женский голос, довольно взрослой дамы, которая момент до этого зашла в бар. Женщина выглядела статно: широкие плечи, прямая осанка, на глазах очки, щеки довольно розоватые, припудренные, и… хотя это все из косметики на лице женщины. Она была одета в длинный тренч бежевого цвета, руки были в кармане, на ногах были красивые, маленькие сапожки, которые очень выделялись на фоне всего этого портрета “королевы”. Женщина произносила довольно с красивым тембром, слегка выделяя звук “дэ”, что было комично — “Изя, не забудь, что тебе нужно прийти чуть раньше домой, нужно обсудить куда ты поступишь, не работать же всю жизнь в баре!” — после этих слов Айзек кратко кивнул, поднимая взгляд. Это была его родная мама Элиза Винтерс. Элизе было больше пятого десятка лет, но выглядела госпожа Винтерс на все тридцать или меньше. Мать Айзека, после одобрительного кивка сына отстранилась и вышла из бара, что дал понять характерный звон колокольчика над входной дверью. Айзек ещё какое-то время смотрел вслед уходящей матери, а после принялся далее протирать стойку, медитативными движениями стирая небольшие наброски пыли, появившихся с ночи прошлого дня на утро настоящего.

Проходило время, на улице собирались тучи и начал капать дождь, а бар посещали от силы пара человек, чтобы взять пару бутылок крепкого пива и уйти восвояси, бар пустовал, несмотря на нахождение практически в сердце Детройта, в центре города. Вся эта городская серость, граффити на каждом шагу по-настоящему ощущались как… Смерть? Одиночество? До конца не понятно. Лишь музыка в радио менялась на Американские хиты 2000-х, но это была та музыка, которая лишь умножала горечь на душе вдвое. В один момент в бар заходит ещё одна знаковая личность для Айзека: мужчина в форменной белой рубашке с аккуратным галстуком и ярковырежнной щетиной, очками на глазах и аккуратной, уложенной прической в стиле “Канадка”, в правой руке у мужчины был дипломат под документы. Посмотрев на Айзека, мужчина произнес низким тембром, параллельно присаживаясь за стойку, поставив дипломат сбоку — “Ну и как идёт работа, сын? Как вижу клиентов вообще мизерное количество, а я тебе предлагал пойти ко мне в офис.” — скептически посмотрев на отца, Айзек поднял взгляд и оторвался от бесконечного протирания стойки… Отец Айзека - Джон Винтерс: порядочный мужчина средних лет, проживший больший отрезок своей жизни в Доброграде, но переехавший в Детройт для более приглушенной жизни и работы на расстоянии. Джон работает начальником юридического отдела корпорации General Motors в Детройте, выполняя рядовые и не только задачи по защите патентов корпорации, а также подтверждая авторские права GM в США. Айзек посмотрел на отца с долей сомнений, потерев переносицу, а после произнёс — “Я без образования юриста, отец… Мои хорошие навыки в коммуникации с людьми, оперирование кодексом и понимание факультативов - не означает умение быть юристом, а подносить бумагу я не собираюсь, для этого есть более пропитые клерки без надежды на будущее. Я бы согласился, но потом, однажды, а может и никогда” — Джон посмотрел на сына, с горечью, хотя, не совсем, с чувством, что он знал ответ сына, поэтому кивнув, провел невольно пальцем по стойке, о чём-то задумавшись, а после сказав — “Хорошо, Изя, плесни мне тогда кофе, сделай латте и добавь немного корицы и взбитых сливок.” — положив на стойку купюру в 5 долларов, Айзек тут же убрал их в кассу и принялся делать кофе отцу. В воздухе веяло приятным запахом молотого кофе, ярые профессионалы и любители узнают даже прожарку и вид кофе, а обыкновенные любители будут лишь с наслаждением ощущать нотки зёрен. Кофе был готов уже через минут 7, а после вкусный и бодрящий напиток стоял перед Джоном, который дал под конец свой комментарий — “Ну, если не выйдет из тебя юрист, то бариста наверняка, ха-х” — усмехнувшись, мужчина принялся пить кофе, продолжая говор — “Так куда же планируешь поступать? У тебя все способности на поступление в Мичиганский Университет, Изя. Я думаю, что смогу выделить денег на переезд в Анн-Арбор для тебя, чтобы ты погрузился в учёбу.” — Айзек почесав затылок, сложил руки на стойке и мечтательно глядел на улицу, где уже шёл ливень — “Мичиганский Университет… Да вы меня балуете с мамой, удивительно конечно это всё. Настолько вы решили взяться за мою учёбу? Хотя и то верно, сестра уже давно учится в Нью-Йорке, скоро будет работать фармацевтом. Не понимал и не пойму никогда технарей, чуждо мне это всё. Я думаю пойду в Мичиганский, потому что там большинство моих одноклассников по старшей школе.” — отец Айзека заинтересованно слушал сына, иногда крутя стакан с кофе в руках, будто грея их. Как только сын закончил свой краткий монолог, отец поднялся, удерживая стакан и в очередной раз отпивая кофе — “В таком случае решено, пойдёшь в Мичиганский, как ты и хотел в Юридический Факультет на кафедру Уголовного процесса и криминалистики, может быть мой сын станет сотрудником прокуратуры, вот же гордость!” — смущённый парень кивнул, потирая руки друг о друга, неуверенно улыбнувшись и тихо сказав — “Спасибо, отец” — Джон допив напиток, кивнул Айзеку и поставил стакан на стойку, взявшись правой рукой за дипломат и напоследок сказав — “Ну, я тогда уж пойду, ты не скучай тут, Изя.” — Джон покинул бар, оставляя счастливого сына наедине со стаканом и пустым баром.

Глава II | Вновь за партой

Мичиганский университет был основан в 1817 году и поначалу был в Детройте, но всё изменилось и в 1837 году университет переехал в Анн-Арбор где и остаётся по наше время. Как шутили некоторые профессора и выходцы из университета: “Сам, мать его, Джеймс Монро взял и заложил свою демократическую мощь в Мичиганский Университет”. Вообще, данная шутка недалека от истины, потому что 5-й президент США и вправду сделал хорошие реформы образования, в том числе поучаствовал в финансировании Мичиганского Университета буквально в первые года своего нахождения на посту президента.

Айзек стал студентом, не мудрено, что в первый же день тот чуть ли не опоздал на пару, ведь успел перепутать две аудитории и лишь третья оказалась той самой, верной и нужной. Заходя в этот величественный зал, Айзек оглядывал уже собирающихся студентов первого курса, оглядывал небольшую платформу для преподавателя и думал, куда сесть самому. Айзек не придумал ничего лучше, как присесть за первое попавшееся свободное место, как тут же был вытянут каким-то бугаём и со словами — “Это моё место, сосунок” — бугай присел на место, где был Айзек, заставив зажатого парнишу покинуть место, сменив его на более высокие по ряду места. Высокие места мало кто занимал, потому что слышно лектора было плохо, а микрофоны в Пятую Аудиторию никто не спешил ставить, от чего Айзек был вынужден проторчать все свои пары в состоянии “я ничего не слышу, не понимаю, но я должен писать конспект”… До пары оставались считанные минуты, вот и лектор зашёл в аудиторию. Лектором был Говард Орлен, британец, что понятно по его довольно неказистой морде и довольно наглому поведению. Выглядел Говард довольно особенно: пухлое тело, словно пельменем, небольшая голова, выпадающие и пухлые щёки, взъерошенные волосы, словно у непонятного гения или очень изнуренного учёного, а пальцы были с белым налётом от бумаги. Сразу виден концепт типичного ботана, который давно закончил аспирантуру, стал профессором, выпустил кучу студентов, но не смог лишиться характерной черты заучки. Да и голос у мистера Орлена был очень… своеобразный: он был приглушенный, говорил лектор через нос, иногда потирая переносицу и очень-очень выделяя звук “гэ” и приподнимая подбородок после каждого своего монолога и перерыва в пару секунд между ними. — “Коллеги юристы, мы начинаем первую пару по судебному анализу и юридической основе, следует слушать внимательно, записывайте конспект. Теперь вы не в школе, конспект вы пишите для себя, следовательно если прослушаете меня, то это исключительно ваши проблемы. Если вы физически не успеваете записывать, то я оставлю печатные материалы лекции на столе для желающих.” — и дальше веселый толстячок продолжал говорить лекцию, чуть перебирая пальцами. Несмотря на то, что аудиторию в основном населяли бестолочи, а лишь меньший процент слушал лектора, среди которого и был Айзек, мистер Орлен всё равно всех называл “коллегами юристами”, что было довольно мило с его стороны.

Лекция шла своим чередом, пары шли друг за другом, лишь давая студентам небольшое время на отдых, когда звенел звонок, оглашая эту сладкую паузу в 15-20 минут, чтобы дать студентам переварить полученную информацию. С каждой парой и каждым часом всё сложнее мозг укладывал информацию, лишь небольшие интерактивные диалоги с профессорами могли как-то разбавить скучные минуты заполнения конспекта, который рос как на дрожжах. Во время очередной перемены к Айзеку подошёл декан юридического факультета: Шон Тиклинг. Мужчина средних лет, довольно высокий, явно выше Айзека, имел шикарные усы, которые можно было сравнить с усами Сальвадора Дали, имел довольно приятный и опрятный костюм, был в форме, но весь концепт прекрасного мужчины рушил очень смешной голос, словно натянутый, не противный, но высокий, хотя это и не мешало воспринимать информацию, но звучало весело в первые минуты. — “Айзек Винтерс, вы новый студент, я слышал о ваших родителях и в том числе о Мистере Винтерсе, который и порекомендовал вас в наш университет в юридический факультет. Я хотел бы уточнить некоторые биографические моменты из школьного времени, чтобы составить более плановую программу. Всё таки, интересно как сын двух превосходных юристов Мичигана и Нью-Йорка смог прийти к выводу, что он хочет быть юристом. Вы можете и отказаться, Айзек, вас не заставляют” — сам же Изя осмотрелся и задумчиво почесав свою неопрятную бородку, кивнув декану, сказав — “Хорошо, после пар получается? Я обязательно зайду” — получив одобрительный кивок от мистера Тиклинга, Айзек удалился из коридора, направившись в свою аудиторию на последнюю лекцию, которая толком не отличалась от ранних по смыслу и по нудности.

Заходя в кабинет декана, Айзек осмотрел помещение. Кабинет Тиклинга был довольно аккуратный, тут стоял очень яркий запах свежей канцелярии и бумаги, в углу, около окна, стояли цветы в серой вазе. В кабинете фигурировали в основном бежевые, коричневые и белые цвета, немного ванильного цвета. Чувствовалось, что заходишь в кабинет науки, держатель знаний. Мистер Тиклинг сидел за столом, писал очередную ведомость по закупкам или рассматривал документы новых студентов. Рукой декан показал на кресло перед собой, на которое нужно было присесть Айзеку, что последний и сделал, чуть придвинувшись к столу. Начал говорить мистер Тиклинг — “Так вот, Айзек Винтерс, я тут посмотрел ваше дело, как вижу, вы с отличием закончили старшую школу, но… В средней школе у вас были какие-то проблемы, ведь вас отчислили от занятий на целый месяц. Что произошло?” — Айзек стараясь вспомнить, включил все свои извилины и со вздохом, начал говорить — “Если начинать издалека… У меня всю мою школьную и необъятную жизнь были всяческие проблемы, даже не из-за хулиганов, сколько из-за учителей. Начальная и средняя школы Детройта были довольно скверными местами, потому что учителей набирали как попало: в одних классах учителя добрые, а слово педагог их второе имя, в других классах настоящие изверги во-плоти. Мне и моей удаче довелось попасть в класс к учительнице по имени Розалинда Норфвейк, которая безнаказанно била детей указкой, заставляла учить темы сверх нашего понимания, объясняла ужасно, да и в принципе госпожа Норфвейк не была хорошим педагогом в самом очевидном понятии данного вопроса. Моя мама, понимания и зная проблему, старалась как-то перевести меня в другие классы, но они были переполнены и меня поместить было невозможно, а руководящий состав школы не шёл на уступки. Мама не могла меня перевести в другую школу, это было невозможно в нашей довольно неустойчивой позиции, да и школы были переполнены или не подходили для меня, приходилось учиться и терпеть. Несмотря на зверское отношение госпожи Норфвейк к детям, она смогла меня научить важным вещам, помимо конечно наук. Например, она говорила, что если постараться, то наука сместит фантазию, а также твердила, что плохого преподавателя не бывает, бывает плохой человек. Не знаю, насколько последняя фраза была логичная, но она была и как-то въелась мне. В один момент меня так разозлили надругательские действия Розалинды Норфвейк в отношении моей подруги Марии Штольц, что я не выдержал и напал на учительницу, несколько раз ударив ей по ногам, а на конец всего сыр-бора, книгой настучал ей по лицу, сломав нос старухи. Суд признал моё действие аффектом, всплеском эмоций и подрыв психологического состояния, от чего Норфвейк отстранили от обучения, а меня от учёбы на месяц. Пришлось догонять программу самостоятельно, а ведь я даже не увидел свою новую учительницу, говорят она была настоящим ангелом, по сравнению с Норфвейк. Мне не довелось понять какова была госпожа Норфвейк раньше и почему она себя так вела и почему халатное руководство школы не задумалось об отстранении данного учителя с работы. Скорее всего одной из причин был малый штат сотрудников и желающих быть учителями, поэтому ее и не увольняли, а вот по поводу действий старухи… По слухам Розалинда Норфвейк раньше тоже была преподавателем или ее гнобили, или просто не давали нормально работать, от чего она так озверела, но это для меня останется тайной.” — Айзек выдержал паузу после монолога, видя, как Тиклинг что-то записывал себе в блокнот, иногда поднимая взгляд на студента. После от мужчины последовал еще один вопрос — “Как вы справлялись с хулиганами, донимали ли они вас?” — после этих слов, Айзек опять задумался, почесав репу и далее сказав — “Да, донимали, они всех донимали. Это было начиная со средней и заканчивая старшей школой. Хулиганы донимали меня постоянно, конечно, компашка тех ребят, которая занималась буллингом была небольшая, да и не окунали они меня в туалет, как в каких нибудь сериалах и фильмах, но любили оскорблять на ровном месте, всячески унижать при остальных в виде подножки, спуская мои штаны и та-а-а-ак далее, всё, что связано с понятием “без применения физических увечий”. После одной из драк я доказал, что меня побороть это уже сложность, поэтому хулиганы пошли по пути: сделай гадость и убегай, пока не прилетело, а бил я сильно, конечно. В старшей школе помню, я написал пробный экзамен, а парень из моего класса, по имени Даниэль взял и порвал мою работу, а учитель ничего ему не сделал. Я только потом понял, что наш учитель тоже получал от хулиганов, а сообщать их родителям было бестолковой затеей, только если Руководству школы, чтобы хулиганов отстраняли от учёбы.” — Тиклинг кивнул после монолога Айзека, опять вписав что-то в блокнот и после подняв свой взгляд, сказал — “Я думаю последний вопрос и хватит. Айзек, как вы решились стать юристом и что вами движило?” — и опять Айзек задумался, хотя, уже меньше по времени, ответив сразу же — “Моё острое нежелание стать как мой дед. Я не особо хотел пойти по стопам отца моей мамы, я не хотел быть инженером и тем более кораблестроителем. Я понял, что являюсь гуманитарием уже ближе к старшей школе или прямо во время неё, когда понял насколько мне чужды технарские дисциплины и что физика и математика для меня это натуральный кошмар наяву. Впервые прочитав конституцию и закон мне почему-то запали в душу формулировки, понятие юриспруденции, процессуальные моменты, судопроизводство и всё по списку. Это было связано даже не с детективами, которые я читал взахлёб, это было что-то душевное.” — после очередного ответа Айзека, мистер Тиклинг поднялся из за места и протянул руку в качестве рукопожатия на что ответил Изя, крепко взявшись за руку, поднимаясь с места. Декан продолжил говорить уже с приятной улыбкой — “Хорошо, Винтерс, вы приняты официально в наш университет. У нас более приятный коллектив, чем в школах Детройта, а это означает, что вы быстро вольётесь в коллектив и получите нужные вам знания. Спасибо что зашли ко мне для беседы, вы свободны” — крепко пожав руку Айзеку, Тиклинг отпустил её и после Айзек расторопно вышел из кабинета с чувством… Непонимания? — “Откуда в моём личном деле столько деталей обо мне? Зачем мистеру Тиклингу столько информации обо мне?” — пробубнил Айзек, глянув на дверь в кабинет деканата и махнув рукой, ушел в общежитие.

Глава III | Легальное нелегально

Первые два года ощущались, словно вечность, но остальные два до бакалавриата летели, словно сокол пронизывал величественное небо и облака. Айзек учился стабильно, достаточно, чтобы успевать и не быть в аутсайдерах своего потока, поэтому заканчивал свой сложный четырёхлетний путь довольно уверенный и смелый. Перед парнем лишь стоял вопрос: магистратура или “да на к чёрту эту затею”? Мистер Тиклинг говорил важную вещь для Айзека: “Тут будет лучше, чем у вас в школе”, - и старик не обманул, на самом деле коллектив впечатлил Изю, который заметно влился в эту огромную семью, которая всегда поможет, протянут руку помощи и даст советы по учёбе. Ещё никогда Винтерс не видел такой кооперации и общности за свою школьную жизнь. Следовательно, однозначным ответом Айзека было: “Да, я стану Магистром”.

И вот, наконец-то этот знаменательный момент, конец и начало краткого курса в два года, становление бакалавром и переход в магистратуру. Студенты вышли в этот солнечный, ясный день на задний двор университета, весь усеянный цветами и воздушными шарами, задний двор университета, а вокруг стояли различные люди: родители и друзья студентов. Родители Айзека в том числе были тут: Джон и Элиза удачно стояли рядом с ограждением, за красной полосой, видя всю церемонию. Айзек был одетый в академическую рясу, весь из себя гордый, опрятный, бритый (впервые за долгое время). На лице Айзека сияла довольная улыбка. Студенты взялись за руки и вместе шли по ковровой дорожке к сцене, где их встречал директор университета и профессора. Церемония шла довольно долго, студенты стояли вместе, подходя по списку и получая награждения, фоткаясь и конечно-же получая определенные грамоты и памятные записки. Айзеку не так уж и много досталось различных наград, но несмотря на это, тому выдали диплом, а также пожали руку практически все профессора. Это было связано с тем, что Винтерс не особо чтобы проявлял активность в жизни университета, но он был очень запоминающимся человеком, общался с профессорами и лекторами чуть ли не на “ты”, имел расположение к себе за счёт своей приятной речи и главное - вежливости и понимании личности собеседников. После небольшого награждения Айзека, тот конечно же ушёл к родителям, подходя к ним и крепко обнимая обоих. Джон сразу же начал с похвалы, похлопывая по плечу сына — “Ну, молодец, Изя! Видно же, умный парень, да и профессора тебе рады. Продолжишь учиться до Магистра наверное?” — далее продолжил Айзек с широкой улыбкой и усмешкой, поправляя на себе академическую шапочку, которая чуть ли не падала от объятий — “Хах! Ну да, пойду на Магистра дальше и думаю буду уже думать над тем, на какую работу пойду, может к тебе в офис как раз!” — Джон рассмеялся, хотя, характерно вздохнув, удовлетворенно кивнул проговаривая — “Вот и поделом!” — тут и мама Айзека не осталась в стороне, довольно улыбнувшись и сказав сыну, предварительно поцеловав его — “Ты доволен то университетом, сынок?” — парень тут же кивнул головой и довольный поставил руки в бока, отвечая — “Тут намного лучше коллектив, мы, студенты, настоящая семья: помогаем друг другу, содействуем, да и просто прекрасно ладим!” — довольная мать, услышав приятные слова от сына, вздохнула, словно гора с плеч спала, а волнение улетучилось — “Это отлично, Изя, надеюсь когда закончишь магистратуру не забудешь своих однокурсников! Ну ладно, ступай к ребятам, чего тебе тут с нами торчать, мы поедем домой, а ты не забудь позвонить нам!” — Айзек покорно кивнул матери и Джон с Элизой ушли с церемонии. Студент же чуть посмотрел на уходящих родителей и прижимая к груди диплом, возвращался к своим однокурсникам.

Церемония прошла успешно, после онной многие студенты пошли кто куда: одни выпить за почёт; другие, как и Айзек, пошли сразу оформлять документы, отправляясь в магистратуру Университета, лишь бы не опоздать на собеседование; последние и вовсе забили на все и пошли спать, мирно отдыхая от событий. Айзек в магистратуре был довольный, держа руки в карманах, тот зашёл в отделение, ожидая своей очереди. Внезапно к парню обратилась кучка, вернее, очень небольшая группа студентов в 4 человека, один из которых бы знакомым Айзека - Билл Фортон, важный элемент в жизни Винтерса. Билл не то, чтобы очень часто общался с Айзеком, но те были как братья. Впервые познакомившись в первом курсе, Билл и Айзек помогали друг другу в написании конспекта. Айзек писал основную часть, Билл дописывал факты, которые не успел дописать Изя и после оба фабриковали весь написанный текст и делали общий конспект. Таким образом удавалось (целевое большинство раз) написать хороший конспект. Оба приятеля хорошо проводили время и вне учебы, например, выпивали пиво, играли в бильярд, уносили после бара, друг друга поочередно в общежитие. Но координальное отличие двух друзей было в том, что Билл планировал идти в прокуратуру, а Айзек в компанию где работал отец, от чего пути Билла и Айзека изменились, как и цели, но это не помешало обоим хорошо общаться.

Билл говорил довольно весёлым тоном, волей-неволей поднимая Айзека с сидалища и крепко обняв студента — “Привет, брат! Всё таки решил в магистратуру пойти? А я тебе говорил, что ты в итоге сломаешься!” — Айзек с усмешкой, ответил — “Ну, как же я могу оставить тебя, бестолочь, одного? Да ты же университет весь своим неумолкаемым говором заговоришь до смерти” — Билл наконец-то отпустил Айзека из объятий, поставив руки на бока и продолжая всё тем же весёлым голосом — “Да ну, тут ты уже утрируешь, я не такой! Хотя ладно, я чу-у-уть-чуть такой как ты описываешь.” — чуть выдержав пауку со вздохом, Билл сказал далее — “Ну что? Профессора довольные были? Я в последнем ряду не видел как они тебя чуть ли не тискали, со словами «Мой мальчик Изя!»” — Айзек усмехнулся, отвечая на слова Билла — “Да ну, не так же всё было. Но вообще да, они прямо сияли от счастья, особенно мистер Орлен…” — после этих слов Билла вызвали в кабинет и тот стал уходить, предварительно произнеся, смотря на Айзека с приятной улыбкой — “Легальное нелегально, помнишь нашу фразу? Мы её придумали, когда слушали лекцию про задержания и нарушения кодекса полицейскими и правоохранителями. Это было на первом курсе, ты наверное уже совсем позабыл. Тогда мы с тобой поняли, что даже хорошие люди способны к злым поступкам. Помни это, Изя.” — Винтерс и не успел ответить, как Билл смылся, оставляя Айзека наедине с этой мыслью, после ожидая своей очереди.

Третья позиция? НЕУЖЕЛИ?!

1. Софья Ефтафьева, Айзек Винтерс
2. STEAM_1:1:487786461
3. inconnu_avec
4. 29 лет
5. Да
6. -1 от МСК

---

7. 

---

8. Я желаю проявить свою инициативу в развитии проекта с точки зрения ликвидации не ролевых элементов, которые так или иначе мешают развитию ролевой составляющей и спокойной игры для разных видов игроков. Я вижу, что кому-то больше по душе более спокойная игра. Также, я готов помогать игрокам в их последующей игре и давать им полезные ролевые навыки и обучать. Скорее это может выступить как качество игрового помощника, с чем я не против согласиться.

---

9. Я в основном был викиделом и создателем лорной составляющей. Я занимался административной деятельностью скорее не в Garry’s Mod, а больше в других играх. Например Space Station 13 - ментор. Интересовался дачей игрокам знаний в игровых механиках и ролевой опыт, что в целом мне нравилось, оттуда уже повышался до администратора и больше работал по сложным делам. Я выделялся скорее своей жесткость и беспринципностью, потому что я смело выдавал санкции тем, кто это заслуживает и понимал кому могу дать понять в чем он не прав, а кого следовало сразу заблокировать. Можно сказать Space Station 14/13 стало удобным началом для работы с игроками и ведением администрации в ролевой игре, а не в фангейм проектах с мини играми или симулятором тюрьмы
   Ролевая игра в текстовом её понимании началась ещё раньше, когда я был текстовым ролевиком в Дискорде и любых других платформах. Там я больше погружался в элементарные основы. Год около 2016-2017. К тому моменту я заканчиваю ГМство и игру в Dungeon & Dragons с друзьями и мне рассказывают про РП в целом. Рассказы, квенты, посты и подобное. В Текстовом РП понятия Администратор можно встретить редко, чаще это были Кураторы РП, либо же Игровые мастера в их самом простом понимании. Я был таким ГМом, проявил себя в некоторых событиях, создавая интересные ситуации для игроков, но после ушел, ведь понял, что засиживаться на одном месте я не хочу, а прогрессия меня толкает лишь дальше, хочется что-то другое.
   Так, я прихожу обратно к Garry’s Mod, но был я игроком. Последует цикл игры на Пост-Беллуме, где приходилось помогать новичкам адаптироваться к игре и понимании ролевых механик, а только потом игровых механик, оттуда обратно на Доброград, где неудачно делаю предприятие, получаю отказ, развал нашей комунны друзей и обратно в ДнД, откуда я иду на ГТА5 и РДР2. Занимаюсь квентами, работаю с событиями для игроков и делаю мероприятия в качестве игрока и все договариваюсь с различными отделами. Скачу по играм и видам ролевой игры и возвращаюсь к текущему моменту в Доброград. Занимался ли я Администрацией в нашей игре? Да, но не назову это опытом, я считаю это жалкой попыткой, либо просто пресечение нарушений, а не попытка в создание атмосферной игры. Почему именно Доброград? Потому что место родное, а где ещё я могу сделать свою лачугу? Где еще я смогу поиграть с игроками какой-нибудь вайб? Атмосферу городской или уличной жизни? Тут это сделать намного проще чем где либо еще.

---

10. 8 из 10 (я не могу знать детальные аспекты, я читал примеры, но все же могу ошибаться в формулировках, что даст о себе знать)
11. РП строится на 3 столпах - взаимодействие, атмосфера, роль. Ролевая игра получила градацию не так давно, а совсем недавно, учитывая желания разных игроков, что и стало причиной разделения видов ролевых команд, желающих разный уровень, но получающие кашу.

• Взаимодействие - игрок должен взаимодействовать с другими игроками, ролевыми НПС, либо Игровым Мастером. Игрок коммуницирует, передает информацию, получает информацию, делает действия и дает понять что он видит в этом взаимодействии какую-то эстетическую ценность. Либо видит лишь возможность пообщаться, либо лишь возможность ограбить, сама суть, что это ролевая игра.

• Атмосфера - игрок видит атмосферу ролевой игры, сеттинг и основной мотив, который нужно соблюдать. Стимпанк, киберпанк, реализм, фандом - сеттинги, создающие определенную атмосферу с помощью инструментов музыки, визуализации, либо же литургии (описания подаваемого ролевой редакции или игровыми мастерами). Атмосфера должна держаться на одной планке, чтобы не выходила за рамки реализма современной жизни в городе, либо не слишком уходило в жесткие рамки. Для этого есть деление градации - ЛРП, МРП И ХРП. Остальные являются отсебятиной для своих.
  ЛРП - игра роли, как профессии, в основные задачи идет игра следуя правилам проекта, акцента на игру персонажа нету, задача выполнить свою роль, не более.
  МРП - игра роли и персонажа, теперь следует играть ситуации, эмоциональную и психологическую черту персонажа, его жизненную позицию, мотивы и желания и смешать это с ролевой составляющей. Например, “я полицейский, Глок Отмычкин, я родился в Детройте, приехал заниматься работой в правоохранителях. С детства меня к этому тянуло, теперь я ловлю негодяев.”
  ХРП - в основном текстовая ролевая игра, из-за удобства в построении спокойной, но строгой ролевой игры персонажа. Администрация и правила делают акцент на игре персонажа, как центра внимания и теперь вы личность, с характером и предысторией, у вас есть мотивы и цели, а ваша роль это не более чем социальное предназначение, а не то, вокруг чего вы крутитесь.

• Роль - а кто я в этом необъятном мире? Право имеющий или тварь дрожащая? Роль определяет нашу суть в этой игре, кто мы Глок Отмычкин, или же Сотрудник полиции Второй смены? Важно кого играет тут каждый, как театр, либо же как общественно-социальный феномен Социальных Ролей. Учитывая это мы погружаемся в ролевую игру, создавая события и взаимодействуя. Без роли нету атмосферы, без атмосферы нету взаимодействия. Поэтому три удерживающих друг друга столба не упадут, пока не уберешь что-то одно.

Ролевая игра - это совокупность взаимодействия между ролями, внутри определенного сеттинга, поставленного заведомо правилами, ролевой командой или же администрацией.

---

12. Только ДМЦ, в качестве хирурга. Если не изменяет память, был заведующим. Сейчас играю в Правительстве Магистрата и Инспектора.
13. Да, ознакомлен.