порковь/скины/модели/топики

[Миша Лайк.]

Мы тебя не забудем, Илюшенька.

REST IN PEACE, ILYA PORKOVE.

[Time To Coffee]

Я не верю, это все хейтеры… @porkove не надо, прошу.

[Waapaaa]

Бывай стари ты был добрым…

[l2k3uy74gshdj]

@Time-To-Coffee никто не хочет верить в это…

[nednein]

Пока Илюха.

[Dima Gord]

[Zhuk]

[Axmuja]

LLV

[Public Enemy]

уважаемый тс… я помнил тебя очень давно. Мягких тебе перков братан. Все мы там будем

[город на проводе]

29 августа.
Я уже не помню, как выглядит нормальная жизнь вне сервера. В октоофисе всё время горит войс. В ней сидят люди с жёлтыми глазами и тяжелой моралью. Когда я сворачиваю игру, свет монитора режет глаза, хотя яркость стоит почти на минимуме. А когда возвращаюсь обратно, все становится ещё темнее, чем было. Еда больше не имеет вкуса. Вчера я сьел бутерброд, который купил утром, не отрываясь от игры. Он был как бумага. Я жевал и одновременно писал отыгровку. Во рту становилось сухо, но есть не хотелось. Вода из кулера тоже казалась странной, тёплой и безвкусной. Я пил её только потому, что голованачинала болеть после нескольких часов на Доброграде. Голова теперь болит постоянно. Не сильно, но постоянно Как будто внутри лежит что-то тяжёлое и давит на глаза изнутри. Когда я моргаю, кажется, что веки стали толще. Руки тоже тяжёлые. Пальцы двигаются сами по себе, будто через воду. Я уже несколько раз путал команды и писал действия персонажа не в тот чат.

Ашоты сразу начинали орать в войс.

Так мы называли крайних игроков сервера. Они врывались в серьёзные ситуации, ломали атмосферу, разговаривали не по роли и таранили машины возле спавнов. Пока я пытался отыграть ранение, какой-нибудь ашот подбегал, прыгал мне на голову и говорил, что он меня нагандонил.

Раньше меня это раздражало. Теперь пугает.

Иногда они говорят вещи, которых не должны знать.

В комнате стоит запах. Не гнили и не плесени. Просто запах старого воздуха, который давно не двигался. Я один раз открыл окно. Холод ударил в лицо, и мне стало ещё хуже. Как будто реальный воздух вытолкнул из меня всё, что ещё держалось. Я быстро закрыл окно и вернулся к компьютеру.

Когда я сижу за игрой, спина начинает гореть. Не больно, а именно гореть. Будто кожа стала тоньше. Я меняю позу, встаю, хожу по комнате — не помогает. Через двадцать минут снова начинается. Вчера мой персонаж попал в аварию, и почти сразу у меня заболела нога. Я написал отыгровку о кровотечении, а потом заметил кровь в собственном носке.

Я решил, что просто схожу с ума.

Самое страшное это тишина. Когда я выключаю игру, в комнате становится очень тихо. Но не нормально тихо. Будто исчезает весь звук. Я слышу только собственное дыхание и далёкий треск рации, хотя наушники лежат на столе.

Иногда из них доносятся голоса ашиков. Они смеются, зовут меня по оос никнейму и спрашиваю, почему я вышел из роли.

Я посмотрел на монитор. Клиент игры был закрыт. Компьютер был выключен. Но на чёрном экране появился мой персонаж. Он управлял мной.

За моей спиной кто-то рассмеялся.

Сначала я подумал, что это опять ашоты.

Потом вспомнил, что в офисе я один.

[город на проводе]

30 августа.

Уже светло на улице.

Я не выйду сегодня. И завтра тоже не выйду.

Ночью сервер несколько раз перезапускался, но меня почему-то не кикнуло. Все игроки исчезли, карта опустела, а я остался один посреди города. Даже ашики куда-то пропали .Только их машины стояли у спавна с открытыми дверями и включёнными фарами.

Я пытался выйти через меню, но вместо кнопки выйти из игры, там было написано что выхода нет.

Это уже не похоже на обычную рпешку. Я слишком долго отыгрывал одного персонажа. Я слишком долго застрял в паутине рпэшки. Следил за каждым действием, каждой эмоцией, каждой мелочью. Никаких выходов из роли. Сначала это казалось интересным.

Теперь я не понимаю, где заканчивается он и начинаюсь я.

Иногда персонаж продолжает двигаться, даже когда я убираю руки от клавиатуры. Ходит по пустым улицам и оглядывается, словно кого-то ищет. А в чате появляются сообщения от моего имени. Я этого не писал.

Я не спал. Или спал. Но не здесь.

Когда я открыл глаза, на мониторе уже была запущена игра.

Я больше не контролирую даже собственные мысли. Они появляются сами, и часть из них точно не моя. Они говорят, что я должен остаться. Что я уже остался. Что выходить из системы окто слишком поздно.

Я больше не буду писать. Руки двигаются с трудом. Пальцы будто принадлежат персонажу, а не мне.

И я боюсь, что если напишу ещё что-то, то это уже буду не я.