31 августа.
Сегодня при входе система попросила подтвердить личность. Такого раньше не было, по крайней мере я такого не помню.
Я долго смотрел на него.
Сначала мне показалось, что я просто не выспался. Имя ведь невозможно забыть. Оно должно всплыть само, стоит только немного подождать. Я закрыл глаза и попытался вспомнить, как меня называли друзья, родители.
Ничего.
Я помню их голоса, но в тех местах, где должно звучать моё имя, остается тишина. Будто его аккуратно вырезали из каждой памяти.
Я написал свой оос никнейм.
Система ответила. Это имя персонажа. Тогда я попробовал имя персонажа. Это имя пользователя.
Я оставил поле пустым и нажал Энтер.
Личность подтверждена. Добро пожаловать, редактор.
Наверное, теперь меня зовут так.
Я редактор в системе окто. Не помню, когда им стал и что именно должен редактировать. Раньше у меня была панель с проблемами и жалобами, логами и карточками игроков. Я исправлял ошибки, проверял ситуации, удалял лишнее. Теперь в панели остался единственный раздел — ЛЮДИ.
Внутри тысячи файлов.
У каждого файла есть никнейм, возраст, история персонажа и дата последнего входа. Настоящих имён нет. Некоторые строки зачёркнуты, другие заменены командами. У многих в графе статус написано не вышел из роли.
Я нашёл собственный файл.
По крайней мере, думаю, что он мой. Фотография не загрузилась. Вместо лица там серый силуэт, а подним длинный список изменений.
27 апреля — удалено чувство голода. Вроде… тогда меня и взяли.
30 апреля — снижен порог боли.
1 мая — отключена потребность во сне.
13 мая — удалена память о воспоминаниях.
31 августа — настоящее и имя перемещено в архив.
Последнее изменее внёс я.
Так написано в логах.
Я попытался открыть архив, но система потребовала права. Это смешно, потому-что редактор — я. Я нажал кнопку подтвреждения, и где-то за стеной щёлкнул замок.
Не компьютерный звук.
Настоящий.
Я подошёл к двери октоофиса. Ручка не повернулась. Рядом с ней теперь висит маленькая табличка, которой вчера не было.
Выход доступен только пользователям.
Я вернулся за стол.
В войсе уже сидели люди с жёлтыми глазами. Никто из них не гоорил. Возле каждого никнейма горел перечёркнутый микрофон, но я слышал дыхание. Медленное и тяжёлое. Иногда кто-то шептал моё забытое имя, однако каждый раз связь обрывалась на первом слоге.
Я начал записывать варианты.
Нурлан.
Стас.
Максим.
Илья.
Дима.
Ни одно не показалось знакомым.
Когда я стёер список, буквы остались на экране. Потом перестроились в новую фразу. Редактору не требуется имя.
В этот момент персонаж остановился посреди аллеи.
Он стоял перед тёмной витриной. В отражении было видно офисное кресло, стол и человека перед монитором. Меня.
Только отражение не повторяло моих движений.
Я поднял руку, и оно осталось неподвижным.
Потом человек в витрине медленно повернул голову к персонажу и приложил палец к губам.
Я открыл логи.
Обьект читался как человек в окто офисе.
Под столом что-то зашевелилось.
Я не стал смотреть.
Сейчас в дверь стучат. Сначала тихо, потом громче. Голоса снаружи говорят, что рабочий день закончился и мне пора домой. Один из них назвал имя, которое, кажется принадлежит мне.
Я почти вспомнил.
Но система сразу открыла окно подтвреждения. Обнаружена попытка выхода с сервера. Удалить воспоминание?
Я не держу мышь.
Пальцы сами печатают эту запись. Я вижу, как появляются слова, но узнаю их только после того, как они написаны.
За дверью больше не стучат.
Теперь стучат изнутри монитора.
Если кто-нибудь найдёт этот файл, пожалуйста, посмотрите историю изменений. Там должно быть моё настоящее имя.
Только не открывайте мой профиль.
И ничего не исправляйте.
Редактор видит каждую правку.
