Spoiler

— “Да, ты забудешь то, что хочешь помнить, и будешь помнить то, что хотела бы забыть…”

Под утро 10 марта, 2002 года, в центре родовспоможения “Corewell Health Dearborn Hospital Birth Center”, на свет снизошли миллионы идей, мыслей, эмоций, импульсов и чувств, ожившие целой гармонией где-то в голове у небольшого создания. Вы правильно поняли - это был человек. Совсем небольшой,… - всего восемь с половиной дюймов, но от того не менее прекрасный. У этого человечка еще не было ни одежды, ни волос, ни даже имени, но социальный статус по гендерному признаку уже был. Были и знаменитые “права” державы звездно‑полосатого знамени.

Эшли. Именно так назвали маленькую девочку, родившуюся на 2 месяца раньше положенного срока. Эшли появилась на свет недоношенной и больной - у нее не раскрылись легкие. Именно в тот момент ее спасла благоразумность родителей, виртуальный счет на пластиковой карте и ввод сурфактанта через эндотрахею.
25-летняя мать девочки, София Мур и 26-летний отец Вильям Мур, зачали ребенка преднамеренно, желая подарить все лучшее на этом свете, что имели сами, ей - прямому потомку. Хоть Мать любила девочку и безгранично, все же она не кормила грудью Эшли - боялась. Грудное молоко уступило порошковым аналогам, вкус которых Эшли помнит до сих пор… - Эдакая субстанция белого цвета, с твердыми крупицами, которые никогда не растворялись должным образом. Спутник жизни Софии, отец Эшли, работал в студии дизайна юридической фирмы, а с рождением ребенка - устроился на вторую работу в студию звукозаписи и продал свой пикап “Dodge Ram Pickups”, дабы обеспечить семью, накопить на частный садик малышке.
Но что-то было не так. Вильям часто пропадал, а Софи - плакала. Потом он пришел в дом с каким-то загорелым мужчиной, а в руках… — В руке, в случае со странным мужчиной, у которого она почему-то была только одна — у них было по упаковке пива. Тот выкрикивал что-то вроде слова: “брат”, видимо провозглашая его оным лишь за то, за то что тот решил с ним выпить. Хотя… не сказать, что маленькой Эшли не понравился этот человек… -Напротив. Он всегда улыбался, делал смешные гримасы и часто давал ей играть с какой-то золотой монеткой в форме сердца и лицом точно таким-же, какое располагалось на монете в 25 центов, только фон был пурпурным.
Вообще странно, что на него так все смотрели… Эшли было его жалко: не у каждого руки вырастают нужного размера. Как-то раз он сказал, что его руку откусил медведь…

Когда Эшли только начала ходить, в доме появился еще один человечек, а странный мужчина с именем “Брат” затерялся где‑то на просторах жизни. -Ах да, девочка. Это была сестра Эшли, Мария. Такая-же маленькая, какой Эшли была два года назад. Она все еще пахла молочком, размахивала маленькими ручками и ножками, пытаясь позвать маму. Именно такой она запомнила Мэри.
Пускай сразу девочки общего языка не нашли, но вот зато в доме воцарилась долгожданная идиллия.

В детском садике “Kiddos Village Academy” малышка Эшли обучалась к школе по предподготовительной программе “Rising Scholars Program”, изучала английский и развивалась в искусстве, пытаясь рисовать различные цветочки и зеленые луга. В 2006, когда Эшли было уже 4, вместе с ней в садик пошла и сестренка Мэри, с которой она играла и пыталась научить рисовать. Конечно же, помимо сестренки у девочки были подруги, с которыми возникали банальные конфликты по типу: “Кто возьмет желтый мелок?”, но Эшли умела уступать и дети это видели, не стесняясь пользоваться её уступчивостью.

Но время быстро пролетает. В 2009 году Эшли закончила программу обучения и перевелась в школу “Arno Elementary School”, которая действительно выбивалась от остальных своей прогрессивностью. Помимо банальной цели в вдохновлении учащихся на осмысление учебного процесса, достижения личных успехов, школа транслировала важность в терпимости к окружающим, а в первую очередь к себе. Ценить себя. Ценить людей, свои эмоции, свою память. Возможно именно поэтому Эшли и выросла такой эмоциональной и эмпатичной. Для девушки вполне было естественным заплакать при всех в классе или засмеяться… -Это эмоции, их не нужно скрывать!.. -Да? Скорее всего, отчасти и из‑за этого сейчас она так часто идёт на самопожертвование ради других.
В школе Эшли была довольно тихой и общалась с несколькими девочками, пренебрегая участием в шумных компаниях. В этой же школе училась и Мэри, как только та окончила садик. Она постоянно мечтала завести шпица, но у отца была аллергия на собак. От этого она постоянно рисовала собак. Убого, конечно, если сравнивать с рисунками Эшли, но-о… -это тоже творчество! И-и… надо ценить это!..
Сестры хорошо общались и предпочитали проводить перемены вместе, где-нибудь у окошка в кафетерии или в тихом закутке школы у туалетов. Девочки хорошо ладили с преподавателями и учились отлично, хорошо запоминая все… -Скорее, это было что-то на подобии спора меж сестрами: “Кто учиться лучше?”
Таким образом сестры отучились до средней школы и перед ними открылись двери нового учебного заведения “Allen Park Middle School”, а вместе с этими дверьми - новые предметы, новые люди и знакомства.

Именно там 14-летняя Эшли Мур познакомилась с девушкой, чьи сине-зеленые глаза так проницательно смотрели и так сильно напоминали глаза сестры, чей голос успокаивал лучше, чем голос родной матери или отца, чьи губы шептали тихо и с какой-то заботой. Ее звали Элизабет Лоуренс. Светлокожая девушка, усыпанная коричневыми пятнышками веснушек, с ярко-рыжими волосами и тихим голосом. Они быстро нашли друг-друга в кружке по интересам… Ну или так просто сошлись звезды. Сама Эшли ничего не понимала в Химии и съехала на двойки, начав посещать дополнительные кружки, а Элизи… хорошо понимала химию, а главное ей это нравилось самой… -Ну, я так думаю. Она объясняла Эшли формулы и помогала с задачами, а дальше… -Мур научила ее рисовать! Две творческие личности. Сама Элизи любила вязать! И еще… цвет! -А цвет её любимый был лаймовый!.. -И кошечку она себе хотела! -И!.. -И!

Учеба стала тяжелее, и успеваемость Эшли съехала вниз по всем предметам,… - Ну кроме химии, биологии и географии. Элизабет хорошо ей помогала! А Эшли… может для нее не было причин стараться? Не было кому показывать пример, - не было сестры. Те практически не пересекались даже тогда, когда Мэри закончила младшую школу и перешла в корпус к Эшли.
— Но была Элизабет. Она помогала Эшли с рядом естественных наук, а та в свою очередь запоминала все.

Спустя три года Эшли перешла в старшую школу “Allen Park High School”.

13 марта 2020 года, дата выделена… - Этот день особый? Нет-нет! Напротив, совершенно обычный день. Совершенно скучный и в обыденности своей ничем не уступающий другим будням день… -Или не день, а сутки? Нет, что-то не так, слишком… много информации…
А-га, утром Эшли проснулась рано, примерно в 5:30 утра, хотя надобности в раннем подъеме не было. Пошла в ванную комнату, освежилась под теплым душем, вытерлась белым махровым и достаточно тяжелым полотенцем, переоделась в свеже-выстиранную пижаму, расчесала и высушила волосы феном со специальной насадкой… Потом умылась лосьоном, почистила зубы и сделала легкий макияж.
Где-то в 6:20 Эшли вышла из душа, спустилась на первый этаж дома, пытаясь никого не разбудить, крадясь по скрипучей лестнице… Подошла к холодильнику, достала тосты, пластиковую бутылку с неизвестной жидкостью и одно куриное яйцо. Сонно простояв около шкварчащего яйца на сковороде, Эшли налила себе сока из бутылки… -вроде яблочного.
Спустя еще минут 10 Эшли уже завтракала, закусывая теплыми тостами, попутно зависая в Снэпчате и изредка выключая экран телефона, рассматривая свой макияж в темном отражении экрана, освещаемый итальянской напольной лампой — сегодня у Эшли особенно хорошо получилось накрасить ресницы, а в особенности стрелки…
Нет, ну и уродливая все-же лампа… -как из прошлого века… -Кусочки какие-то разноцветные. Вроде что-то в этом есть, а вроде и такая безвкусица!
— Кажется, Элизабет проснулась.
Эшли написала первой.
Спустя пол часа, когда уже проснулась Мэри, Эшли с Элизабет уже договорились о ночевке до воскресенья.
Так вот проснулись и родители. Собрав портфель, закинув в него пижаму, переодевшись в школьный бомбер и выйдя на улицу, Эшли стала ждать школьный автобус и слегка-запоздалую Мэри, завтракавшую вместе с родителями. На улице было влажно и достаточно прохладно, как для марта. Недавно прошел дождь, и теперь солнце играло своими теплыми бликами наряду с розовыми облаками рассвета, прыгая по лужам и отражаясь в окнах домов. Картина просто фантастическая.
Через некоторое время подоспела Мэри, а спустя еще минут 10 подъехал школьный автобус.
7:30 утра, до занятий еще 25 минут. Эшли разминулись с Мэри еще в коридоре, обменявшись теплыми пожеланиями на этот день.
Так, вот он шкафчик… -Бомбер, на крючок. Мимо прошел патлатый и высокий парень Джонти, как-то игриво задев Эшли плечом и загадочно улыбнувшись… Его серо-каштановые пряди витали в воздухе, пока тот шел своими длинными шагами по коридору… -симпатичный, может он… проявляет знаки? ~М-м… -может Эшли стоит написать ему первой?.. Д-да? Он… чего-то хочет. Так Эшли простояла с прикусанным указательным пальцем левой руки во рту еще 3 минуты, после чего опомнилась, что стоит так посреди коридора, скинула ланч, громко захлопнула шкафчик и стыдливо пошла в кабинет. Нет, ну вроде как никто внимания не обратил… Ну и чудно!
-Звонок, мистер Мёрфи зашел в кабинет… Сейчас же математика, не Химия. Чего он тут? И… -эти его совершенно идиотские очки в форме квадрата, мерцающие бликами ламп… Ладно, замена.
А, вот. Вот и Элизабет. -Она села около Эшли и девушки сразу начали шептаться о ночевке, о Джонти, о слухах о том, что Мёрфи на самом деле женщина…

• Звонок на урок.
  Математика прошла достаточно весело, ведь Мёрфи занимался своими делами вместо урока математики. Никто и не возражал. Во время “урока” к девушкам успело подсесть несколько парней и, кажется, украсть пенал. А нет, вернули… Делать им, блин, нечего… Эшли не любит такое внимание к себе.
  Таким темпом прошли и остальные уроки вместе с 40 минутами ланча. Скучно не было.
  В 2 часа, 45 минут дня, уроки закончились и девушки вместе с Мэри ожидали школьного автобуса, как вдруг Мэри сказала, что ей будет намного проще дойти до подруги пешком — она тоже отпросилась на ночевку по Кэнсингтон-стрит… Мария, дружелюбно помахав сестре и Элизабет на прощание, поехала влево вместе с улицей, школой, стоящими машинами и столбами — такой Эшли видела свою сестру в последний раз, пока из пыльных окон школьного автобуса, до конца не удалилось большое здание школы, а пейзаж со стадионом не сменился пейзажем с одноэтажными домиками, где все еще висели таблички, на которых были намалеваны лозунги о защите от дискриминации и борьбе за равную оплату труда у женщин - недавно закончился международный женский день.
  Спустя три минуты, когда автобус пересек перекресток Шампейн и Пелхэм, слегка поредевший количеством свободных мест, автобус, таки добрался до Мейфэр-стрит, где жила Элизабет. Ее родители уехали и сегодня можно было-бы спокойно выпить. Такие же приятные дома, только флагов США больше.
  Вечер шел неспешно и достаточно приятно. Девушки уже успели поесть в кафе, погулять по кварталу и пофотографироваться на участке Элизабет на фоне красивого кустарника Вейгелы… -Ах, боже, какие красивые бутоны! Удивительно, что расцвел он уже в марте. Говорят, шанс на такое околонулевой, учитывая прохладу Мичиганского марта. А вообще,… Кустарник вейгелы связан с идеями возрождения и цикличности. Вроде как… астрологический бред, но звучит красиво! -Так думала Эшли.
  Тем не менее, расположившись в доме и интересно проведя время за готовкой, Эшли решила позвонить Марие по видео-звонку, похвастать теплой лазаньей, приготовленной совместно с подругой и двумя бокалами сухого вина, но-о… Мария не взяла трубку.
  “Может занята, взрослая уже ведь” - подумала Эшли, и сфотографировав лазанью, отделила порцию себе и Элизи, наслаждаясь запахом плавленного пармезана.
  23:20, Эшли, готовясь ко сну с Элизабет в ее комнате и попутно подбирая сериал на телевизоре, решает повторно набрать Мэри, и женский, механический голос по ту стороны трубки вновь пропиликал: “The person you are trying to reach is currently unavailable. Please leave a message after the tone”
  Так, вот это уже странно.
  Эшли позвонила маме, но та сказала, что Мэри нету дома.
  Так-так-так!.. -Это странно! Странно! Ладно, что-ж…
  Мама Эшли позвонила ей через 4 минуты и трясущимся, каким-то сдавленным голосом, сказала, что связавшись с семьей Кэмпбеллов получила ответ: Мария НЕ приходила в гости, и, видимо, должна была вернуться домой.
  Спустя еще одну минуту позвонила мать и сказала, что обратилась к учителям и в полицию.
  Полиция? Бред какой-то… Да нет. Нет, все нормально. С парнем наверное, дура, блин… А нам переживать. Да нет же. Сейчас посмотрят камеры, постучат какому-нибудь Джейсону, а вместе с ним выйдет и уставшая, сонная Мария. -Нет, тоже бред какой-то… да и не помню я у нее парня…
  Еще один звонок от матери — в доме полиция.
  Так-так, блять, нет. Нормально. Все нормально… Сейчас они сообщат, что все в норме. Все в норме, Эшли! Слышишь?
  -Звонок был сброшен Эшли.
  Та выронила телефон на подушку, подскочила с мягкой кровати и в припрыжку добежав до дверного проема комнаты, схватилась ладонью за дверную ручку и моментально-же отдернула ее назад. Эшли как-то жалобно и тихо застонала, прикусив нижнюю губу и сведя каштановые брови.
  Элизабет, слушавшая разговор подруги с самого начала, подбежала к Эшли, крепко обняла и начала успокаивать ее:
  — Эшли, Эшли! Все хорошо!
  — Да…
  Смотри на меня, все НОРМАЛЬНО, НОР-МАЛЬ-НО!
  С Мэри ВСЕ будет хорошо!
  — Все нормально.
  — Д-да… Эшли, все хорошо е-… — Эшли перебила Элизабет, стукнувшись головой о дверь, коротко ответив той с начала, но проговорив целой триадой слов, после кивка.
  — Все хорошо. — неубедительно кивнула Эшли — Это какая-то ошибка. Сейчас она перезвонит, она с парнем.
  — … Может у нее сел телефон? — тихо прошептала Элизи спустя нескольких минут в тишине, не зная, как подобрать слова, обнимая подругу, которая начала медленно сползать по двери вниз, на пол.
  — Нет.
  — Ч-что нет, Эшли? Ее н-… — Эшли опять перебила подругу и голос ее задрожал еще сильнее. Зрачки метались в разные стороны, а сама Эшли постоянно моргала, отпустив кровавую губу и открыв рот. В какой-то момент, из дрожащих глаз ее покатились крупные слезинки.
  — Глупость, а? Какая глупость, Лизи?! Ты слышишь саму себя?! Она взрослая, ей уже 16,… ОНА… -М-… Она просто ПОШЛА С ПАРНЕМ,… СУКА, СОШЛА С УМА?! НЕТ-НЕТ… Я СКАЗАЛА НЕТ! СЛЫШИШЬ?! ВСЕ… ВСЕ НОРМАЛЬНО. НОРМАЛЬНО!.. -Н-нормально… Н ∼м-нм… м…
  — Эшли… — Эллизабет уже сидела на коленях продолжая обнимать подругу, а Эшли начала плавно раскачиваться то назад, то вперёд, разведя ноги в разные стороны.
  — Все хорошо,… Элизабет… Ма-м…м-мы… ∼М-мы на∼айдем ее — мямлила Эшли, продолжая плакать.
  — К-конечно найдем! — сказала Эллизабет, и, кажется, сама заплакала, утирая слезы пижамой.
  — Ч-что было бы, если она бы пошла с нами? П-пошла-бы домой? И-и… и-и-и… Б-было бы… — Мф… — проговорила Эшли шепотом, продолжая тихо плакать и закусывать губу.
  — Эшли,… т-ты же понимаешь, что теперь это неважно? Важно то, что сделаем мы сейчас… — попыталась успокоить подругу, Элизабет, поглаживая девушку по спине.
  — ∼М-мгх… и-и… ты права… И-ин… и-и-ин… — Эшли зарыдала навзрыд. Уткнувшись носом в плечо Элизабет и обнявшись еще крепче, стала прижимать ее голову правой рукой.

Девушки пролежали так в углу всю ночь, обнимаясь раз за разом всхлипывая и успокаивая друг друга.
Под утро, когда часть сознания Эшли пришла в себя, она забыла все это. Посчитала дурным сном, но как только открыла глаза и обнаружила себя замотанную в одеяло вместе с Элизабет, снова начала плакать. Элизабет успокаивала и целовала ее несколько часов и Эшли полегчало. Спустя пол часа попыток найти в себе силы просто встать с пола, в дом Элизабет пришел ее отец. С появлением отца подруги Эшли, девушки быстро пришли в себя. Тот был полицейским и посоветовал Эшли поехать к родителям, после чего удалился. Спустя минут 40 Эшли вызвала Uber, а еще через несколько минут девушки уже жались друг к дружке в салоне такси. На радио играла какая-то веселая мексиканщина, а за окном танцевали облака, и от солнца на востоке потянулись слабые полоски света, потом небо окрасилось розовым колером, который сочился, разливаясь неожиданными вспышками всё дальше от штата Мичиганского озера. Было слишком красиво. Эшли плакала в плечо подруги, пока те ехали до Квендт-авеню. В конечном итоге, спустя 5 минут езды, из тонированного окна Uber’а показался домик родителей. Родной дом, который был знаком Эшли с самого ее рождения. Девушки вышли из машины и пошли в дом, ожидая то, о чем хотелось думать меньше всего - о убитых горем родителей, о маме, о папе, о пустой комнате Мэри, о их беспомощных слезах. О крови, которая возможно пролилась этой ночью, о её криках, о её жизни, которая продлилась так недолго и оборвалась так внезапно. Тяжелее всего было думать о том, что Мэри еще жива. Что она где-то плачет, пытаясь позвать полицию, свидетелей, прохожих, родителей, сестру, друзей… -Хоть кого-нибудь, кто сможет ей помочь. -Нет! Её найдут, точно найдут!.. - Кажется Эшли опять заплакала, и Элизабет гладила её по спине, сжимая в теплых объятиях, стоя на крыльце дома. Наконец, Эшли открыла дверь, а внутри было все ровно так, как она представляла - Отец утешал маму, плачущую у барной стойки на кухне. Появление подруг растормошило мать и отца, те подбежали к своей дочке, крепко обняли, а мать утешила фразой, что: " - Все будет хорошо." Элизабет-же стояла сбоку и краснела, пытаясь на заплакать от вида разрушающейся семьи.
Спустя три дня они поели, роняя вилки по нескольку раз за прием пищи - пальцы очень сильно болели. Ногти обеих были искусаны и сломаны: обе переживали.
Это были тяжелые дни, если не недели. Мерзкие и жалкие, тягучие и душные, в бессмысленности своей абсурдные. Все эти слезы, ломаные ногти и испорченные нервы привели обеих девушек в странное состояние… Они больше не плакали - они приняли. Приняла утрату Эшли и Элизабет, перестав накручивать как себя, так и подругу. Обе находились в состоянии пустоты, обе знали, что ничем не могут помочь. И обе молчали, смотря друг другу в глаза, лежа под одеялом в спальне Эшли.

Если бы кто-нибудь спросил Эшли, в какой именно момент Элизабет стала важной частью ее жизни, она бы не смогла ответить на этот вопрос.

Потому что такого момента никогда не существовало.

Никогда не было ни громких признаний, речей… -Нет… Не было этого. Она была собой, и Эшли тоже. Просто старалась любить и поддерживать. Они обе старались. Иногда молчали там, где слова излишни, иногда могли обняться, улыбнуться, заискивающе посмотреть в глаза и помолчать, или шепнуть что-нибудь приятное на ухо, чтобы успокоить.

24 Марта 2020 года, административный округ Уэйн был закрыт на карантин, в связи с вырвавшимся из под контроля китайским биологическим оружием COVID-19. Первые две недели казались сущим адом на земле, люди метались из стороны в сторону, продукты исчезали с полок, СМИ трепались о всемирной угрозе, закрыли аэропорты, да даже родители Эшли, и без того находившиеся в крайне нестабильном состоянии, в связи с пропажей ребенка, стали вести себя по настоящему страшно. Они заперлись в доме с консервами и сидели в нём как в бункере, только вместо противогазов - маски. И весь их смысл к существованию был… -утерян? Одно и тоже каждый день: листовки, поиски, обращения, детективы, камеры, КОВИД!!!, показания идиотски невнимательных свидетелей, которые НЕ СОЧЛИ должным понять у себя в пустых головах, забитыми тонной пропаганды, утверждение: “А похищение ребенка так-то очень плохо!”… И опять по новой: листовки, поиски, обращения, детективы, камеры, сука, КОВИД! Каждый день надежда, каждый день разочарование,…
А их дочь не может помочь им. Да и-и… родители не горят особым желанием общаться… И-и… что в итоге? она одна? -Нет… Элизабет.
Так прошли первые пару недель.
Потом как-то само собой получилось так, что Эшли проводила у Элизабет больше времени, чем у себя дома…
Мур искренне желала сказать что-нибудь приятное своей Лиззи… Ей хотелось этого, но никак не выходило. Хотелось шепнуть ей на ухо: “Я люблю тебя, Элизабет”, или “Спасибо, что ты со мной”, но она просто не могла.
И опять это изрядно надоевшее туманное состояние. Эшли в целом плохо понимала происходящее, помнила только теплые руки Элизабет, помнила её голос, помнила запах шампуня с нотками ели. Помнила, как просыпалась посреди ночи от кошмара, а рядом с собой видела рыжие волосы подруги. Помнила…
Так прошло несколько месяцев. В этом вязком и липком времени… - в безответной пустоте? Э-эй?.. Кто там, в этой самой пустоте?!
Память людей - штука ненадежная, и прошлое, которое было, мало чем отличается от прошлого, которого не было. Не стоит думать, что Эшли было одиноко. Пускай и через время, но она снова стала смеяться вместе с Лиззи, смотреть сериалы, любить эту жизнь. Больше она не вспоминала Мэри - не хотела. В мире Эшли, Мария просто… переехала, что-ж, это её выбор.
Именно тогда девушке и полегчало, причем… -Это… плохое чувство?!.. Это плохо. Она… бросила свою сестру? Ей ей больше не жалко, ей все-равно? Бесчувственная дура!!
-Это просто мысли. Организм девушки наконец устал страдать и начал экономить силы. И это была не временная акция организма. Вместе с этим вернулась и способность думать о будущем. О колледже, о работе, о взрослой жизни, о-о… новой системе зачета, заместо экзаменов, о колледже, или любой другой херне, которая ныне не важна. Горе стихло, отошло на второй план и сменилось чувством, которое Эшли ранее никогда и не испытывала. Какая-то… прагматичность заиграла своими красками. Появился смысл. Но-о… эмпатия? Она не могла быть апатичной по отношению к Лиззи.
И если бы кто-нибудь тогда спросил у Эшли, кем является для нее Элизабет, она бы наверняка ответила:
“-Семьёй.”
И, наверное, сказала бы правду, по крайней мере ту её часть, которую сама еще была способна понять.

Со временем жизнь вновь начала напоминать жизнь, только… Все было немного по другому. Мысли посещали, но теперь не доводили до истерик. С зачетами девушки разобрались, хоть и не без труда, но вот…
-Ха, странно, да? Теперь Эшли думала не о том, что скажет следователь маме, или что скажут учителя по скайп-звонку… теперь она думала о том, какую… кофту наденет Элизабет. Ч-что? И-и… и вообще, как так незаметно оказалось, что будущее Эшли состоит из… “мы”? Как?! Да-да, не “я”, а именно: “мы”. Мы будем учиться, мы купим себе дом, может, машину, а может рванем в кругосветку - в любом случае, мы справимся. И-и… Элизабет это тоже нравилось?.. -Мы?.. Иногда Эшли ловила себя на этих формулировках и смущенно улыбалась. Это ведь… ненормально, да? Потому что звучало-то это действительно странно. И-и вообще, почему-то… Эшли хотелось чаще трогать Элизабет… быть… ближе? Может игриво ущипнуть её за талию, а может и за бедро?.. Ах…
-Хватит. Кажется Эшли стала прикусывать нижнюю губу, воображая игривые сцены.
Фу. Глупость какая-то, сущая глупость, но… почему-то именно такие вещи возвращают человека к жизни. Вспомнить, например, Виктора Франкла. Он жил в адских условиях концлагеря, но цеплялся за… научную работу? За пресловутый позитив?!.. И ведь жил дальше.
В числах,… да не важно уже. Зачеты уже есть. Не нужно следить за временем! Всё равно заперты на этом карантине!..
Ладно, в месяце, эдак, июле, девушки сидели на кухне Лоуренсов. По столу были раскиданы буклеты колледжей, рекламные листовки и распечатки различных программ квалификации и обучения. Элизабет… раздраженно выражала “свое” мнение.
— Знаешь, что меня, блять, бесит? — раздраженно спросила Эллизабет у Эшли, откладывая курс о MCOLES в сторону и складывая руки на груди.
— М-нм, что? — вопросительно подняв правую бровь, спросила Эшли, позволяя той выговориться.
— Что большинство дел о пропавших людях не попадает в СМИ! Вообще… Они напишут о идиотской коррупции со стороны чиновников, но не напишут о… детях, о взрослых. -Неважно! — Эшли внимательно слушала, нервно облизнув и поджав губы — Попадут, может, дети… Знаешь, маленькие прямо. А остальные просто лежат в базе. Сотни дел. Ты даже не представляешь сколько.
Эшли поняла, что… скорее всего, Лиззи это сказал мистер Дилан, но-о… Если правда такова, какой ее описал мистер Дилан своей дочке, то это же ужасно…
Просто хочу, — наконец произнесла Эшли, после долгого молчания, коротко кивнув головой и смущенно улыбнувшись, раскрасневшись в щеках — быть вместе…
— Лизи улыбнулась — Тогда будет весело.
— Весело? — неуверенно переспросила Эшли.
— Ну конечно. Представь нас в форме!
— Господи, это ужасно. — произнесла Эшли, улыбнувшись еще шире, сдерживая смешок.
— А-га, мы будем выглядеть как идиотки!
— Абсолютно — добавила Эшли, нежно обняв подругу и прикусив ту за ключицу, отчего Элизабет сначала испуганно ойкнула, а после - рассмеялась.

И тогда она почувствовала себя… счастливой. В её объятиях человек, с которым хотелось идти дальше, куда угодно.

В начале июня, девушки приступили к подаче заявки в Schoolcraft College, где располагался Полицейская академия округа. В то время набор в академии был открыт круглосуточно. Все-же паника… помогла? Тем не менее, самой сложной задачей для подруг оказалось заполучить справки MCOLES . Набор был… очень долгим, но благо судьба смилостивилась и девушки прошли этот круг ада.
Серые дни сентября тянулись один за другим, небо было как свинец, и даже воздух будто оседал на плечи, томя девушек своим долгим безызвестием. Наконец пришла очередь Эшли и Элизабет. Она попали на осенний тест MCOLES, успешно … без какого-либо труда сдав его, возможно из-за поблажек в связи с кадровым голодом во время пандемии.
Тем не менее, у Эшли были проблемы со сдачей теорией. Слава богу, что сдавала она по дистанционке и времени выучить этику, законодательную базу и тактику у нее хватило вдоволь.
Washtenaw Community College, Ann Arbor. Вам что-нибудь это говорит? Ну, Эшли тоже, но вот Элизабет… Она потянула за собой Эшли по совету мистера Дилана. Там же они получили степень ассоциата в направлении Criminal Justice по дистанционке. Сказать, что у Эшли в то время кипели мозги в голове - не сказать ничего. Просто слишком много информации! Девушку даже порой тошнило, а голова раскалывалась мигренями. Но Лизи помогала ей, пускай и в ущерб к себе. Она отвлекалась, подходила, давала таблетки и сидела близ Эшли, держа пакет со льдом на её лбу.

С ноября 2020 по март 2021 года девушки проходили смешанный курс обучения, являясь на практики от академии. Так, а что на выбор?
У-гу… диспетчер 9-1-1, охрана… Элизабет вышла выход для их обоих, предложив пойти по кадетской программе в APD, и вот, спустя всего год совместного обучения, девушки работали в департаменте. Да, без оружия. Без прав на производство процессуальных действий, помимо административных, но-о… Это уже было хоть что-то. Нет, это бред, что причиной является бездумное следование за Элизабет. -Почему бездумное? Этот человек важен для Эшли. -Ещё кто-нибудь был важен для нее? -Мэри.
В глубине души своей, Эшли все же хотела понять, что с сестрой. Хоть какой-нибудь ответ. Проверенный, четкий. Нет, безусловно она может и дальше внушать себе: “Ой, да она жива! И-и где нибудь живет далеко-о отсюда, просто загуляла!”, но… это не выход, а глупый самообман. Главной ли причиной является Лиззи? -Безусловно важной, но… окончательной? Может что-то есть? Может ты что-то хочешь, Эшли? Исправить чью-нибудь судьбу, предотвратить подобное, что случилось с тобой, а? А может твоя цель - заработать все деньги мира, или хранить закон, упиваясь властью? -Нет. Нет-нет-нет, хватит! -Эшли не такая!..
Так цели нет, да? Безвыходность?
В марте 2023, когда Эшли исполнился 21 год и когда та набралась опыта будучи кадетом, она перешла на новый этап. И вовсе не одна. С ней была Элизабет.
С ноября 2020 по март 2021 года девушки проходили смешанный курс обучения, являясь на практики от академии. Так, а что на выбор?
У-гу… диспетчер 9-1-1, охрана… Элизабет вышла выход для их обоих, предложив пойти по кадетской программе в APD, и вот, спустя всего год совместного обучения, девушки работали в департаменте. Да, без оружия. Без прав на производство процессуальных действий, помимо административных, но-о… Это уже было хоть что-то. Нет, это бред, что причиной является бездумное следование за Элизабет. -Почему бездумное? Этот человек важен для Эшли. -Ещё кто-нибудь был важен для нее? -Мэри.
В глубине души своей, Эшли все же хотела понять, что с сестрой. Хоть какой-нибудь ответ. Проверенный, четкий. Нет, безусловно она может и дальше внушать себе: “Ой, да она жива! И-и где нибудь живет далеко-о отсюда, просто загуляла!”, но… это не выход, а глупый самообман. Главной ли причиной является Лиззи? -Безусловно важной, но… окончательной? Может что-то есть? Может ты что-то хочешь, Эшли? Исправить чью-нибудь судьбу, предотвратить подобное, что случилось с тобой, а? А может твоя цель - заработать все деньги мира, или хранить закон, упиваясь властью? -Нет. Нет-нет-нет, хватит! -Эшли не такая!..
Так цели нет, да? Безвыходность?
В марте 2023, когда Эшли исполнился 21 год и когда та набралась опыта будучи кадетом, она перешла на новый этап. Хотя, как перешла… Элизи буквально тащила ее, подбадривая каждый день.

Буквально через месяц, Эшли осталась одна, а APD претерпел уход давно выпустившегося курсанта. Элизабет переехала в Ривер-Грайт, к тяжелобольной бабушке, которую она искренне и тепло любила, и с которой Эшли виделась еще до пропажи сестры.
На протяжении 19-ти дней Эшли не могла поспать. Одиночество поглощало ее, выедало надежду. Сразу же нахлынула осенняя меланхолия, которая давила на девушку так, как не давил на нее инструктор, при проверке психоустойчивости. Плакала-ли она в подушку? Ну-у… пару дней… А-га. Или-и… недели две? Так, а она вообще работала?! А, нет. Вот она подходит к шефу APD, нервно играя листком об увольнительной в левой руке, а вот она собирает свои вещи и уезжает из дома Лоуренсов на автобусе.
Появление Эшли у дома Лоуренсов-старших настолько растрогало Элизабет, что у той покатились слезы, когда она увидела застенчиво улыбающуюся Эшли с сумками в руках. Ты выбрала её, не карьеру, не APD, не власть, не жетон, не Мэри. -Её. И Эшли наконец смогла дышать полной грудью, зная, что рядом с ней её любимый человек.
В мае умерла лежачая бабушка Элиззи, и с достоинством похоронив старушку на последние деньги, Элизабет впала в апатию. Точно такую-же, в какой Эшли была несколько месяцев из которой ей помогла выбраться её подруга. Эшли растормошила девушку своей заботой и покупкой большого, и достаточно красивого, попугая.

… -Чего хочется добавить? История Эшли и Элизабет только начинается, ам-м… мистер Дилан посоветовал интересное место для шага вперед. Толчка? -Да и не важно. В любом случае, детективное бюро DPD предоставило возможность девушек показать себя, а прежде всего - себе.
Кто есть Эшли Мур?
Х-м… Невероятно эмпатичная и эмоциональная девушка, нуждающаяся в чужом одобрении и находящаяся в “интересных” отношениях с Элизабет Лоуренс. -Тревожник? Ну типо того. Оружие? - обойдемся без этого, запасаемся попкорном и смотрим дальше.

— “Это любвь?”
— “Нет.”
— “А что это тогда для тебя, Эшли…?”